<p>Английская поэзия</p><p>МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ</p><p>(Из Т. Гуда)</p> Жизнь, прошай! Слабеют чувства… Смерти шлю привет. Предо мной густые тени застилают свет. Наступает полночь жизни… Смерть — не за горой… Вижу я туман холодный, страшный и сырой; Слышу я могильный запах, чувствуя в бреду, Что он запах роз цветущих заглушил в саду. Здравствуй, жизнь! Надежда снова освежила грудь, Темный страх исчез, и сладко я могу вздохнуть. Скрылись грозные виденья, нет их вкруг меня: Разлетелись, словно тени, на рассвете дня. Вновь блестят земля и небо… Свет дневной так мил… И слышней мне запах розы запаха могил.
27 октября 1895
<p>Три лентяя
<a l:href="#n_20" type="note">[20]</a></p><p>(Из Бр. Гримм)</p> Князек-добряк когда-то жил Спокойно, беззаботно, И ни о чем он не тужил И кушал очень плотно. Храни в душе своей покой, Он на дела махнул рукой, Министрам был послушен, И знали подданные все. Что лишь к копчёной колбасе Князек неравнодушен. Его высочество весьма Любил еще сосиски ("Без них он мог сойти с ума!" — Гласят одни "Записки"). Но, сверх любимой колбасы, Князь посвящал свои часы Трем принцам-малолеткам: Их удаляя от труда, Он был подобен иногда Заботливым наседкам. И, от начала до конца Поняв его уроки, Цыплята выросли в отца — Лентяи, лежебоки. Князек судьбу благодарил; Но вдруг желудок не сварил Копченую колбаску. Больной ложится на кровать, Велит детей к себе призвать, Предчувствуя развязку, Князек со стоном говорит: "Плохая вышла шутка! Желудок пищи не варит, Я гибну от желудка. Кому же я оставлю трон? Вы любите считать ворон, Вы ленитесь на славу: Но кто ленивей из троих Детей возлюбленных моих, Тому отдам державу". Слезу печально уронив На батюшкино ложе, Воскликнул старшой: "Я ленив, Мне лень всего дороже, Мне жизнь без лени не красна: Когда наступит время сна, Когда под кроной ночи Храпит измученный народ, — И я во весь зеваю рот, Но лень закрыть мне очи!" — "И я лентяй большой руки! — Второй князек воскликнул. — Болтает братец пустяки: Он к лени не привыкнул. А я по совести скажу: Когда пред печкою сижу, В лицо мне пышет пламень. Но удалиться от огня — Большая трудность для меня! Не двигаюсь, как камень". Воскликнул младший ротозей: "Моя, моя корона! Из всех ленивейших князей Один я стою трона. Когда, народ ожесточа, Я был бы в петле палача И нож бы дали в руки, Чтоб петлю перерезал я, — Не двинется рука моя От лености и скуки". Князек, душою умилясь, Схватил сынка в объятья, "Ты всех ленивей, младший князь, Тебя не стоят братья! Тебе достанется мой трон! Владея им, считай ворон, Пей вдоволь, кушай жирно, Люби сосиски с ветчиной, И процветет наш край родной, Как цвел при мне он мирно".
