Собрание сочинений полностью

—  Ясказала. — Миссис Гласс окинула свой садик последним критическим взглядом. — Так что, пожалуйста, пользуйся. — Она чуть подтолкнула неоткрытую коробочку «Сол Гепатика» совком протянутых пальцев, чтобы выровнять ее с другими вечнозелеными в ряду, потом закрыла дверцу Отвернула холодный кран. — Интересно, кто моет руки, а потом не чистит за собой раковину, — мрачно сказала она. — Предполагается, что в этой семье все взрослые. — Она увеличила напор воды и кратко, но тщательно обмахнула раковину одной рукой. — Ты, наверно, еще не поговорил со своей младшей сестрой, — сказала она и повернулась к занавеске.

— Нет, я еще не поговорил со своей младшей сестрой. Может, теперь уберешься отсюда к черту?

— А почему не поговорил? — вопросила миссис Гласс. — Мне кажется, это некрасиво, Зуи. Мне кажется, это совсемнекрасиво. Я же тебя отдельно попросила: пожалуйста, сходи проверь, все ли…

— Во-первых, Бесси, я всего где-то час назад встал. Во-вторых, вчера вечером я разговаривал с ней целых два часа подряд, и мне кажется, что ей честно не хочется с нами разговаривать, черт возьми, еще и сегодня. А в-третьих, если ты не выйдешь из ванной, я подожгу эту уродскую занавеску. Я не шучу, Бесси.

Где-то посреди этих трех наглядных пунктов миссис Гласс бросила его слушать и села.

— Иногда я просто готова прикончить Дружка за то, что у него нет телефона, — сказала она. — Это же излишне.Ну как взрослый человек может так жить —без телефона,без ничего?Никто в уединениеему вторгаться не будет, если он его хочет,но, по-моему, совершенно не обязательно жить затворником. — Она раздраженно поерзала и скрестила ноги. — Господи боже мой, это даже небезопасно! А если ногу, например, сломает? В этих своих лесах.Мне это просто покоя не дает.

— Не дает, значит, а? Что именно тебе не дает покоя? Что он сломает ногу или что у него нет телефона, когда тебе хочется?

— И то,и другоене дает мне покоя, юноша, к твоему сведению.

— Ну… так и остынь. Не трать времени. Ты такая дура, Бесси. Почему ты такая дура? Ты же знаешь Дружка, елки-палки. Если он даже забурится на двадцать мильв леса, обе ноги переломаны, а в спине стрелаторчит, он все равно приползет к своей пещере, лишь бы убедиться, что, пока его не было, никто в ней украдкой не мерил его галоши. — Из-за шторки донесся краткий, довольный, хоть и несколько злорадный гогот. — Ты уж мне поверь. Ему его чертово уединение слишком дорого, чтоб просто так подохнуть где-нибудь в лесах.

— Здесь никто и не требует подохнуть, — сказала миссис Гласс. Суетливо и необязательно она поддернула сетку на голове. — Я все утро напролетпыталась дозвониться до этих его соседей дальше по дороге. Они даже трубку не берут. Это бесит,что до него не добраться. Ну сколько раз я уже умолялаего снять этот дурацкий телефон из их с Симором старой комнаты. Это же ненормально.Когда что-то по-настоящему случитсяи телефон ему понадобится…Просто бесит. Вчера вечером дважды пыталась, и еще раза четыре сегодня…

— Что это значит, «бесит»? Во-первых, чего ради каким-то чужим людям дальше по дороге быть у нас на побегушках?

— Здесь никто и не требует никаких побегушек,Зуи. Не дерзи мне, пожалуйста. К твоему сведению, я оченьволнуюсь за этого ребенка. К томуже, мне кажется, Дружку следует рассказать. Просто к твоему сведению, мне кажется, он никогда меня не простит, если в такое время я с ним не свяжусь.

— Ладно, ладно! Ну позвони тогда в колледж, чего теребить соседей? Все равно он сейчас не будет сидеть у себя в пещере, сама же знаешь.

— Будь так любезен, не повышай на меня, пожалуйста, голос, юноша. Здесь не глухие. К твоему сведению, я звонила в колледж. И по опыту знаю, это совершенно без толку. Они просто оставляют записки у него на столе, а он, по-моему, к своему кабинету и близконе подходит. — Миссис Гласс всем телом резко подалась вперед и схватила что-то с крышки бельевой корзины. — У тебя там терка есть? — спросила она.

— Это называется «мочалка», а не «терка», и, черт бы все это побрал, Бесси, мне потребно одно — чтобы меня в этой ванной оставили в покое. Мое единственное простейшее желанье. Если бы мне хотелось, чтоб сюда набились все прохожие тучные ирландские розы, я бы так и сказал. Давай, ну. Иди.

— Зуи, — терпеливо произнесла миссис Гласс. — Я держу чистую терку в руке.Тебе надо или не надо? Да или нет, пожалуйста.

— О боже мой! Да. Да. Да.Как ничто более в этой жизни. Кидай сюда.

— Я не стану ее туда кидать, я ее тебе передам. В этой семье всегда всё кидают.

Миссис Гласс поднялась, сделала три шага к душевой занавеске и дождалась, когда бестелесная рука востребует мочалку.

— Огромное тебе спасибо. А теперь, будь добра, выметайся отсюда. Я уже сбросил фунтов десять.