Менялись времена. Девчата с поролономходили на «Динамо» поболеть.Но был красивей всех Алеша Парамонов,держа сердца в руках – не менее чем треть.Мы знали всю Москву отлично – по районам.А если где был парк – весь парковый массив.Но где же был рожден Алеша Парамонов,красивый, как Париж, и более красив?Мне нравился он весь – до золотого зуба,который освещал все парки на земле.Играл не как Бобров, но как зато негрубои аристократичней, чем Пеле.Достоин красотой он саги был и мифа,Мат не употреблял, ну разве «Д» на фига!»В Алешу влюблена была любая фифа,жаль, главным не был он в той – как ее? – ФИФА.Двадцатым веком в пыль он не был перемолот,и двадцать первый век нам не сотрет лица.Вчера мне позвонил Алеша Парамонов:«В Молдову все летим, включая и Стрельца».Наутро самолет. Он дружески скрежещет.Советский старый друг – он всех нас узнает.Со мной в одном ряду Бубукин и Крижевский,а Хомич капитан и валидол не пьет.И это все не сон… Летим почти по-царски,вдыхая аромат футбольных прежних трав,и Эдик мне в плечо уткнулся по-пацански,постанывая чуть от стольких старых травм.Опять летим играть во имя всех народовреспублик бывших всех, и племени зулу,и приглашенье вновь от местных винзаводов,а что за договор – для ясности замну.Выходим на игру. Хотя звучат два гимна,встречает побратимно Кишинев.Молдавское вино вновь, Леха, легитимно,и ничего, что пуст пока мой кошелек.2008<p>Карцевский удар</p>Хилый, по прозвищу «туберкулезник»,Карцев был, как захудалый колхозник,без устрашающих пушкашских икр.Было по виду ему не до игр.Но просыпалочкой-палочкой резвойКариева Васю будила игра,и он такую штучищу мог врезать,будто в нем нечто шепнуло: «Пора!»В чем был секрет его дивного дара —ошеломляющего удара —может, в застенчивости его —матери тайной удара того?Все мы растрачиваемся задаром —то по небрежности, то сгоряча.Что мы докажем слепым фальшударомвоздух утратившего мяча?Но вдруг откуда-то: «Не сдавайся!» —из инвалидной коляски летит.«Что ты заспался? Вколачивай, Вася!» —И не забить после этого – стыд.Где это все? Лишь болельщиков байки,как подавало в атаке примерродины имя на взмокнувшей майкес буквами прыгающими «СССР».Нету музея, где Карцева бутсы.С майки, исчезнувшей навсегда,спрыгнули потом пропахшие буквыи не вернутся уже никогда.2008<p>Два «крайка»</p>
