Поняв, что произошло – эсстингианец изловчился снять с Дэйдре в суматохе ее изумруд, – Тэя тут же схватилась за свою подвеску – берилл Дэймоса был на месте.
– И что же на самом деле спасал наш благородный мистер Джабари? – усмехнулся Норт. – Мы никогда не узнаем.
Сатторианец встал.
– Вы безумно красивы в этих платьях, но не пора ли вам вернуться в свой прежний вид? Всем в душ и спать! – скомандовал Норт, покидая рубку. – Меня нет ближайшие сутки! – объявил он громко напоследок.
Никто не стал задерживаться. Все были страшно измотаны и нуждались в отдыхе. На ближайшие сутки корабль словно вымер.
Они доставили Дэймоса с его бесценным грузом на Тиору.
– Это всё? – спросил Норт, кивнув на сверток в руках друга.
– Да, это последняя реликвия. Я все вернул.
– Увидимся, когда увидимся, – Норт пожал тиорианцу руку, – и пусть не пересекутся наши пути.
– Пусть Создатель разведет их, – тихо сказал Дэймос и, обняв девушек, отправился в Обитель Ордена.
Норт поднял трап, и корабль оторвался от поверхности планеты.
– Ну, куда сейчас? – спросил он.
– На Эйрис! – воскликнула Тэя.
Сатторианец посмотрел на Дэйдре.
– На Эйрис, – кивнула та.
Она приняла решение. Она будет жить на Эйрис. Кто знает, может, что-то да получится…
– …Все миры до сих пор потрясены столь дерзким и жестоким нападением на гражданский лайнер «Европа»…
– Все еще мусолят? – Норт сел в кресло напротив Брока.
– Ага, – Брок выключил экран и повернулся к сатторианцу, – до сих пор не могу поверить, что ты был там!
– Я был пассажиром на «Европе», – четко разделяя слова, сказал Норт. – Они узнали, кто совершил налет?
– Нет, – махнул рукой Брок, – и нескоро еще узнают – все нападавшие успели исчезнуть. Есть кадры с камер станций, на которых можно разглядеть корабли, но они уже где-нибудь на свалке, – Брок плеснул себе виски. – А ты чего здесь? Разве ты не хотел немного перевести дух?
– Хотел, – кивнул сатторианец, – но у меня к тебе дело, – Норт положил на стол фотоснимок.
– О, какие высокие технологии, – пробормотал его работодатель, беря снимок в руки.
– Для того, что я хочу, лучше иметь фото, – сатторианец откинулся на спинку кресла.
– А что ты хочешь? – Брок посмотрел на северянина поверх снимка.
– Вернуть это, – Норт указал на фото. – У тебя есть кто-нибудь ловкий на Эсстинге?
– Земной изумруд… – Брок положил снимок на стол. – Ты хочешь пойти на Джабари?
Северянин кивнул.
– Да у меня очередь выстроится! – усмехнулся Брок и потянулся к коммуникатору.
Норт придержал его руку.
– Только без Сэта, – сказал он.
– Он мне не простит…
– Не вмешивай его, – твердо сказал сатторианец, – пусть живет спокойно.
– Хорошо, – нехотя кивнул Брок и связался с Эсстингом.
Именно семье Джабари Сэт был обязан десятью годами жизни в аду школы гладиаторов. Это им его семья задолжала деньги, и они не пожелали ждать, настояв, чтобы тринадцатилетний мальчишка был отправлен в принадлежащий им лудус и отработал там долг семьи. Норт не хотел, чтобы все, чего ему удалось достичь, рухнуло в одночасье. Пусть хоть кто-то из них живет нормальной жизнью. Создатель в свидетели, Сэт это заслужил.
Норт смотрел, как Брок договаривается о встрече с исполнителями, написал на бумаге цифру гонорара и вовремя подсунул ее своему работодателю под руку.
– Один из пяти добежит до финиша с твоим камнем в зубах, – довольно усмехнулся Брок, кладя трубку.
Норт положил на стол пачку кредитов.
– Я могу пропасть на какое-то время, – сказал он, вставая, – камень должен попасть к Дэйдре.
– Постой, как пропасть? – растерялся Брок.
– Какое-то время меня не будет, – мягко сказал Норт, давая понять, что не может посвятить своего друга в детали дела, – и мне нужны камни.
– Камни? – не понял Брок.
– Бериллы, – напомнил сатторианец.
– Ах да. – Он достал коробку из ящика стола.
– Даже не в сейфе? – удивился Норт.
– Они все с клеймами, кто на них позарится? Я могу их на улице оставить – никто не возьмет! – усмехнулся Брок, дымя сигарой. – Ты надолго? – спросил он тихо.
– Не знаю, – покачал головой Норт.
Южанин сокрушенно кивнул, он и сам прекрасно знал, что он, как носитель информации, уязвим и для одаренных словно открытая книга.
– Ладно, – вздохнул он, – но как появишься, дай знать.
– Обязательно, – кивнул Норт, обернувшись в дверях, – и спасибо за камень.
– Рано еще, но… Я все сделаю, – тут же поспешно заверил его Брок.
Сатторианец ушел. Его ждал более тяжелый разговор с Локом. Ведь ему предстояло посвятить в их план сатторианца, и вряд ли тому это понравится. Садясь в гравилет, Норт ощутил неприятную дрожь внутри. Его самого потряхивало в преддверии предстоящего…
– Да ты последний ум растерял! – гремел в своем кабинете Лок.
Стены здесь были толстые, и можно было не бояться, что их кто-нибудь услышит.
– Я сам был против, Гай меня убедил. Это его идея…
– Гай! – Лок мерил кабинет шагами.
Крунн вызывал у него уважение. Молчаливый и неспешный, он никогда не открывал рот просто так, и если он что-то говорил, то к этому стоило прислушаться.
