Это был странный семестр. Они вернулись на Пангею, и Нейт, уладив все дела, через неделю благополучно отправилась домой, на Эсстинг. Тэя осталась одна. Нет, конечно, еще оставался Роберт, но без Нейт стало как-то одиноко. Кроме этих двоих Тэя ни с кем не сближалась, держась на курсе особняком. При необходимости она общалась с другими, но и только. Любые попытки ухаживания повисали в воздухе, оставаясь незамеченными, Роберт посмеивался, а Тэя удивленно смотрела на него, не понимая причины его веселья.
Занятия шли своим чередом, ежедневная рутина и обязанности помогали коротать день, но оставался еще целый вечер и вся длинная ночь, время, когда накатывала необъяснимая тоска, и Тэя жадно слушала канал новостей, стараясь поймать короткую фразу: «…И снова было совершено дерзкое нападение на караван с Короны…»
Тэя смотрела на экран и ловила себя на том, что хотела бы оказаться там. Кто это был? Снова собрались все вместе? В такие минуты она осознавала, насколько она скучает по ним всем. Скучает по той жизни. И все чаще приходила мысль, что, наверное, она совершила ошибку. Норт… Как бы она ни запирала его образ в своем сознании, в одном она была права: в ее жизни он был у истоков всего и был везде. Неожиданно она поняла, что не так уж ей было плохо с замкнутым сатторианцем. Да, он был суров и скор на расправу, но был и терпелив, и даже заботился о ней по-своему…
Такие вечера заканчивались тем, что Тэя находила канал прямой трансляции с Архипелага и смотрела на невероятно грациозную самку ягуара, вытирая слезы с лица.
Воспоминания о том далеком приключении накрывали ее с головой, наполняя комнату яркими фантомами, среди которых она и засыпала. Когда это не помогало, она призывала на помощь Ночного Стража и, едва заслышав скрип его тяжелой тележки, проваливалась в глубокий сон, наполненный видениями и образами из прошлого, в каждом из которых был мрачный сатторианец…
Утро несло с собой тяжелое пробуждение, звон в голове и совершенную апатию. Тэя буквально заставляла себя встать и пойти в душ. Там, под холодными струями воды, она приходила в себя и после кофе снова была готова окунуться в студенческие будни, с тем, чтобы вечером опять расклеиться, поддавшись мучительным воспоминаниям.
Единственное, что помогло вырваться хотя бы на время из этой рутины — поездка на Тиору. Среди всех воспоминаний однажды всплыло то, где Аврелий попросил ее приезжать хотя бы раз в полгода, чтобы посмотреть, что изменилось или не изменилось в структуре ее сознания, куда так ювелирно вплелся Туман Тиоры. Она не связалась с Дэймосом, хотела устроить сюрприз, но сюрприз ждал ее — на Тиоре не было никого из тех, кого она знала. Только Аврелий.
— А где все? — спросила его Тэя после приветствия.
— Сезон дождей, все разлетелись по делам, — мягкая улыбка тиорианца утонула в густой бороде. — Проходи, посмотрим, как ты. Что-то новое появилось?
Тэя раскрыла сознание и пожала плечами.
— Трудно сказать, что появилось нового, если не знаешь, чем обладал изначально, — тихо сказала она.
— Верно сказано, дитя мое, очень верно, — Аврелий дотошно изучал сегмент за сегментом, то и дело обращаясь к голограмме прошлого снимка, раскрытой рядом. — На первый взгляд — все так же, да и на второй тоже, — тиорианец несколько раз тщательнейшим образом «прошелся» цепким взглядом по ее сознанию и, сделав контрольный снимок, убрал технику.
Сев в удобное кресло, он указал Тэе на второе и заговорил.
— Я впервые вижу, чтобы Туман «подселился» не в тиорианца. Раньше такого не наблюдалось ни с кем из представителей остальных пяти миров, — голос главы Ордена звучал задумчиво.
— Вообще-то сначала он хотел попасть в Норта, но я его закрыла, — сказала девушка, обращаясь к своим воспоминаниям.
— Вот как? Интересно, — внимательный взгляд скользнул по лицу девушки, — в прошлый раз эта деталь от нас ускользнула. Можешь показать именно этот момент, как ты его закрыла?
Тэя кивнула. И перед глазами тиорианца возникла Долина Туманов. Северянин стоит на ее границе и к нему тянутся языки белой дымки довольно целенаправленно…
Глава Ордена жестом попросил ее остановиться и включил их предыдущую запись ее рассказа. Да, вот этот момент. Она об этом рассказывала, но кроме этого было столько всего, что они это упустили…
— Чем же северянин был так интересен? — задумчиво спросил тиорианец, наблюдая дальнейшие события.
Туман устремился было к Норту, но словно натолкнулся на невидимую стену. Сатторианец метался с одной стороны стены, Туман бился в нее с другой.
Аврелий записал этот момент отдельно.
— Можешь показать мне, как ты поставила стену?
Тэя задумалась и, раскинув сознание, выдвинула вперед стену из черного мокрого камня.
— Что это?! — Аврелий встал и обошел объемное изображение.
— Это было во мне всегда, — сказала Тэя.
— Можно, я запишу и это тоже? — спросил девушку глава Ордена.
— Пожалуйста, — пожала плечами Тэя. — И все-таки, что с Туманом? Чего ждать?
