Когда до съезда, ведущего на Манхэттен, осталось примерно миль тридцать, сбавил скорость. Даже не пытался проехать по одному из городских мостов или туннелю, знал, что они будут забиты машинами и мой грузовичок вряд ли там проедет. Так что решил отправиться на восток, к одному из въездов далеко к северу от Манхэттена, там должно быть легче, а потом по Йонкерсу и оттуда уже на юг. Если повезет, смогу пробраться.
Когда подъехал к большому мосту, увидел картинку слишком хорошую, чтобы быть правдой. Мост был забит, но, в основном, по встречной полосе. Другая тоже была забита, но не так плотно, я все еще могу проехать, особенно если буду держаться края. Пару раз задев отбойник, я, все же, пересек реку Гудзон и оказался в городе. Старался ехать по второстепенным улицам, чтобы избежать заторов. В какой-то момент даже пожалел, что пришельцы не прихватили с собой и машины. А вообще было чрезвычайно жутко видеть тысячи брошенных на дорогах автомобилей и при этом ни одного человека.
Когда дошло, что город размером с Нью-Йорк попросту пуст, волосы на затылке встали дыбом. Внезапно я почувствовал себя уязвимым и совсем одиноким. И тут же увидел корабль, появившийся из облака.
Я быстро остановил грузовик, пока серебристо-серый корабль спускался все ниже и ниже. Сердце бешено заколотилось, я начал хватать воздух ртом. Схватился за кулон, но он оставался обычного зеленого цвета, даже не пытаясь начинать светиться. Я сидел ни жив, ни мертв, а Кэри прислонился мордой к окну двери, которое я успел закрыть, и мы оба наблюдали за кораблем, летящем по утреннему небу. Он сделал пару кругов над городом, как будто что-то искал, а потом исчез вдали. Одно я знал наверняка: он — точная копия тех кораблей, что прибыли вчера, но немного меньше. Понятия не имею, что это значит, но знаю, что нужно быть начеку, чтобы и впредь вовремя замечать такие вещи. Что бы мне не предстояло сделать, противник будет пытаться остановить меня.
Когда добрался до Бронкса, обнаружил на дорогах столько машин, что пришлось ехать по тротуарам, маневрируя между столбами и ступенями, ведущими в дома. Оказалось не так-то просто, как я надеялся. Так что поездка была медленной и тяжелой. К тому времени, как я добрался до стадиона «Янки», было уже далеко за полдень. В животе заурчало, а Кэри выглядел так, словно ему давно пора сходить по маленькому. Впрочем, мне тоже не помешает.
Стадион вырастал в лобовом окне, пока мы к нему ехали, а когда доехали, я остановил машину прямо у парадных ворот. Раньше мне нравилось приходить сюда солнечным днем, смотреть игру «Янки», слышать доносящееся из динамиков стадиона «Воскресенье в Нью-Йорке». Вылез из кабины и отправился к воротам. Удивительно, но они были открыты, словно зазывая публику. Ну, сегодня я единственный оставшийся зритель, так что мы с Кэри вошли и неторопливо направились к полю. Никогда не стоял на траве стадиона, но ступив на нее, обнаружил, что пребывание в сердце всего этого как-то потеряло свой блеск, учитывая сложившуюся ситуацию, конечно же. Кэри облюбовал холмик питчера и решил облегчиться там. Я не удержался и захохотал. Потом пес сорвался с места и побежал по короткой, стриженной траве, повизгивая, как щенок. Я побежал за ним, словно пацан, играющий со своей собакой. А потом мы устали и я подумал, что, пока мы здесь, неплохо бы перекусить, чем тут угощают. Отправился в вестибюль, запрыгнул за прилавок буфета, стащил несколько пакетиков арахиса и немного вяленой говядины. Кэри, похоже, учуял запах мяса еще до того, как я вскрыл пакет, из пасти потекла слюна.
— Кто-то проголодался, — подмигнул ему я и бросил кусочек мяса. Остатки съел сам.
Когда пошли обратно к грузовику, на небе появились темные тучи. Кажется, вот-вот хлынет дождь. Посмотрев на небо, я на миг испугался, подумав, что снова увижу тот серебристый корабль, но пока что над нами не было ничего, кроме темных облаков.
— Поехали, Кэри. Пора в путь-дорогу.
От потрусил впереди, стараясь не отрываться далеко. Даже поверить сложно, что это та самая скулящая собака из дома по соседству, сейчас выглядит таким уверенным, это здесь-то, в дебрях Нью-Йорка. Мы отправились к главному входу, по пути я стащил бейсболку «Янки» и зонтик, на случай дождя. Когда вышли из парадного входа, я насвистывал «Воскресенье в Нью-Йорке», на секунду забыв, что остался совершенно один в этом мире.
Не успел открыть дверь грузовичка, как Кэри запрыгнул в кабину, и вскоре мы уже ехали вглубь города. Я надеялся добраться до банка «Доминион Торонто» смогу где-то за час, но ошибся. Проехав Бронкс, пришлось двинуть к мосту Уиллис-авеню, самому южному въезду в Гарлем. Другие мосты я уже видел, все забиты машинами, так что оставалось надеяться, что смогу проехать по этому. И был печально разочарован, потому что и этот мост оказался забит машинами. Тротуары только с правой стороны и такие узкие, что на автомобиле не проедешь, да еще отделены разделителем от проезжей части. Я остановил машину, голова упала на руль, а тут еще по лобовому стеклу забарабанил дождь.