ощущаться так же, как видится темнота или слышится тишина, так как оно является лишь отсутствием.
319. Если кто-либо вздумает сделать вывод о реально
сти или действительном существовании материи из совре
менного учения о том, что тяжесть всегда пропорциональ
на количеству материи, пусть он лишь пристально изучит
современное доказательство этого учения; он обнару
жит, что это доказательство представляет собою пороч
ный круг и из него в действительности можно сделать
только такой вывод: тяжесть пропорциональна весу, т. е.
самой себе. Поскольку материя понимается только как
отсутствие и просто возможность, а бог является абсолют-
464
ным совершенством и действием, из этого следует, что бог и материя настолько далеко отстоят друг от друга и настолько противоположны друг другу, насколько это можно себе представить,— настолько, что сама идея материального бога была бы абсолютно несообразной.
320. Высшее существо — это сила, которая все создает, интеллект, который всем повелевает, доброта, которая все совершенствует. Зло, недостаток, отрицание не суть объекты творческой силы бога. Перипатетики из движения выводят идею первого неподвижного двигателя. Платоники считают бога творцом всего блага, неспособным творить зло и неизменным. Анаксагор учил, что все вещи существовали как беспорядочная масса в состоянии общего хаоса; но из него появился дух, внес в них различия и отделил их друг от друга. Представляется, что Анаксагор приписывал духу двигательную способность; некоторые позднейшие философы тщательно отличали упомянутый дух от души и жизпи, приписывая ему единственную способность — размышление.
321. Но все же бог считался первой действующей силой, источником и творцом всех вещей, которые он создал не случайно или опосредованно, а как актуальная и реальная сила (efficacy). Так, в десятой книге трактата «De Secretiore Parte Divinae Sapientiae secundum Ae-gyptios» esговорилось, что не только бог первая действующая сила, но также и то, что он есть тот, кто поистине действует или творит, qui vere efficit s*.
326. Далее, независимо от того, отделен ли от чувственного мира и рассматривается ли сам по себе как существующий отдельно от сотворенной системы и управляющий ею или же вся Вселенная, включая дух вместе с бренным телом, считается богом (§ 300), а творения— частичными проявлениями божественной сущности, — в обоих случаях, как бы ни были неправильны некоторые представления, не получается атеизма, поскольку принимается, что дух или интеллект царит над всей системой вещей, управляет и руководит ею. и таково было общее мнение, распространенное среди философов.
327. И если кто-либо будет, подобно Аристотелю в «Метафизике» 8в, отрицать, что бог знает что-либо вне себя, потому что бог охватывает все, это мнение тоже нельзя по справедливости объявить атеистическим. Нельзя считать атеизмом и высказанное тем же автором положение о том, что существуют некоторые вещи, до позна-
465
ния которых бог не снисходит, так как они слишком низменны, низки и порочны,— каким бы неверным и недостойным божественного совершенства ни было это положение.
328. Разве не могли бы мы представить себе, что о боге
можно сказать, что он есть все в различных смыслах,
ибо он является причиной и источником всех существ?
Ибо в соответствии с учением платоников и перипатетиков
(§ 309, 310) так как есть вмести
лище всех форм и так как одно и то же охватывает всю ми
ровую систему, управляет ею (§ 320) и сохраняет ее.
Аристотель заявляет, что божественная сила или влияние
пронизывает всю Вселенную (§ 173) и что бог в мире то
же самое, что лоцман на корабле, возничий на колеснице,
регент в хоре, закон в городе, полководец в армии. Он
очень подробно излагает это в своей книге «De Mundo» 88—
трактате, который издревле приписывался ему и который
не следует у него отнимать из-за отличия трактата по сти
лю от других сочинений, ибо, как справедливо замечает
Патрици", вполне можно признать, что стиль этого
трактата, написанного в виде письма монарху, отличается
от его других, сухих и труднопонимаемых, произведений.
329. И хотя у философов, даже принадлежащих к школе Платона и Аристотеля, можно встретить выражения, смысл которых сводится к тому, что бог смешивается со всей природой и со всеми стихиями или же наполняет их, тем не менее это должно быть объяснено таким образом, что речь идет о силе, а не о протяженности, которую никогда не приписывали духу (§ 290, 292, 297, 319) ни Аристотель, ни Платон. Они всегда утверждали, что дух бесплотен и, как замечает Плотин
,0, бесплотные существа удалены друг от друга не по месту, но (употребляя его выражение) по своей
