Я бы рад, Цензорин, милым товарищамЧаши в дар принести, бронзу желаннуюИль треножники дать, храбрых отличиеГреков, — ты бы тогда лучший унес себеИз подарков моих, если б богат я былТем, что дали Скопас или Пракситель[251] нам,Этот — мрамором, тот — краской текучеюИ богов и людей изображавшие.Но и я не богат, да и твои, мой друг,10 Вкус и средства совсем с этим не сходственны.Ты любитель стихов — их и дарю тебе,И не стану скрывать цену дарения.Ведь ни мраморный столп с резаной надписью,Жизнь по смерти вождям храбрым дающею,Ни пунийцев разгром, ни ГаннибаловаБрань, ему самому ставшая гибелью[Ни пожар, Карфаген испепеляющий][252],Так не славят того, имя кому далаПокоренная им силою Африка,20 Как пропетая песнь музой Калабрии[253].Нет деяньям наград, если немотствуютСвитки Муз. Даже сын Марса и Илии —Чем он был бы для нас, если б безмолвияЗависть скрыла навек подвиги Ромула?Вот Эака из волн вырвавши Стиксовых,Доблесть, счастье его и всемогущий гласПеснопевцев вознес в область бессмертияМуза смерти не даст славы достойному —Даст блаженство небес! Так за желанный пир30 Сел герой Геркулес в высях Юпитера;Так Тиндара сыны, звезды блестящие,С дна морского стремят лодки разбитые[Так, зеленой лозой лоб свой украсивши];Вакх свершенье дает нашим желаниям.<p>9 <emphasis><strong>К Лоллию</strong></emphasis><a l:href="#n254" type="note">[254]</a></p>
