Други, други! радостьНам дана судьбой —Пейте жизни сладостьПолною струейПрочь от нас печали,Прочь толпа забот!Юных увенчалиБахус и ЭротПусть трещат морозы,Ветр свистит в окно —Нам напомнит розыС Мозеля вино.Нас любовь лелеет,Нас в младые дни,Как весна, согреетПоцелуй любви.Между 1814 и 1817
О камены, камены всесильные!Вы внушите мне песню унылую;Вы взгляните: в слезах Аматузия,Горько плачут амуры и грации.Нет игривой собачки у Лидии,Нет Амики, прекрасной и ласковой.И Диана, завидуя Лидии,Любовалась невольно Амикою.Ах! она была краше, игривееРезвых псов звероловицы Делии.С ее шерстью пуховой и вьющейсяЛучший шелк Индостана и ПерсииНе равнялся ни лоском, ни мягкостью.Не делила Амика любви своей:Нет! любила одну она Лидию;И при ней не приближьтесь вы к Лидии(Ах, и ревность была ей простительна!):Она вскочит, залает и кинется,Хоть на Марса иль Зевса могучего.Вот как нежность владела Амикою,И такой мы собачки лишилися!Как на рок не роптать и не плакаться?Семь уж люстров стихами жестокимиБавий мучит граждан и властителей;А она и пол-люстра, невинная!Не была утешением Лидии.Ты рыдай, ты рыдай, Аматузия,Горько плачьте, амуры и грации!Уж Амика ушла за МеркуриемЗа Коцит и за Лету печальную,Невозвратно в обитель Аидову,В те сады, где воробушек ЛесбииНа руках у Катулла чиликает.1821