Ах! признаюся, воля ВашаМне надоела эта «Чаша»,И я б благую часть избрал,Когда б огню ее предал.Предмет, конечно, колоссальный,Религиозный и печальный.Но всех элегий грустный тонВ наш век и жалок и смешон.Скажите, где здесь совершенство?К тому ж, что скажет духовенство?А здесь ведь очень важен гласБольших бород и длинных ряс.Не дай бог, если л<об> их ме<дный>Противоречье здесь найдет, —Ведь этой «Чаши» автор бедныйНи за копейку пропадет.2 апреля 1854<p><strong>«НЕ ШИРОК МОЙ ДВОР...»</strong></p>Не широк мой дворРазгороженный,Холодна избаНетопленая.Не пошла мне впрокКазна батюшки,В один год ееПрожил молодец.Довелось бы мнеС моей удальюК кабаку идтиИли по миру,Да богат соседЖивет под боком,У него казнаНепочатая;Как поедет онВ город с вечера,Намахнешь своюШубу на плечи —И идешь, поешь,Шапка на ухо,А соседка ждет,Песню слушает.Продавай, сосед,Муку в городе, —Молодой женеДеньги надобны.16 апреля 1854<p><strong>С. В. ЧИСТЯКОВОЙ</strong></p>
Да не смущается сердце ваше, веруйте в бога...
Ев. Иоанна, гл. XIV, ст. 1.Тяжел ваш крест!.. Что было с вамиВ глуши безлюдной и степной,Когда у вас перед глазами,На рыхлом снеге, сын родной,Назад минуту жизни полный,Как цвет, подрезанный косой,Лежал недвижный и немой,Мгновенной смертью пораженный?Когда любимое дитяВы к жизни воплем призывалиИ безответные устаСвоим дыханьем согревали?..Тяжел ваш крест и ваша чашаГорька! Но жив господь всего:Да не смутится сердце ваше,Молитесь, веруйте в него!Слеза ль падет у вас — он знаетЧисло всех капель дождевых,И ваши слезы сосчитает,Оценит каждую из них.Он весь любовь, и жизнь, и сила,С ним благо всё, с ним свет во тьме!..И, наконец, скажите мне,Ужели так страшна могила?Что лучше: раньше умеретьИли страдать и сокрушаться,Глядеть на зло, и зло терпеть,И веровать, и сомневаться?Утраты, нужды испытать,Прочесть весь свиток жизни горькой,Чтоб у дверей могилы толькоИх смысл таинственный понять?Блажен, кто к вечному покою,Не испытав житейских волн,Причалил рано утлый челн,Хранимый высшею рукою!Кто знает? Может быть, в тот час,Когда в тиши, в тоске глубокой,Вы на молитве одинокойСтоите долго, — подле васВаш сын, теперь жилец небесный,Стоит, как ангел бестелесный,И слышит вас и, может быть,За вас молитвы он творит;Иль в хоре ангелов летает,И — чуждый всех земных забот —И славу бога созерцает,И гимны райские поет!К чему же плач? Настанет время,Когда в надзвездной сторонеЗа всё свое земное бремяВознаградитесь вы вполне.Там, окруженный неба светом,Сын радость с вами разделит,И, по разлуке в мире этом,Вас вечность с ним соединит.25 апреля 1854
