Запретили все цари всем царевичамСтрого-настрого ходить по Гуревичам,К Рабиновичам не сметь, тоже — к Шифманам!Правда, Шифманы нужны лишь для рифмы нам.В основном же речь идет за Гуревичей:Царский род ну так и прет к ихней девичьей —Там три дочки — три сестры, три красавицы…За царевичей цари опасаются.И Гуревичи всю жизнь озабочены:Хоть живьем в гробы ложись из-за доченек!Не устали бы про них песню петь бы мы,Но назвали всех троих дочек ведьмами.И сожгли всех трех цари их, умеючи,И рыдали до зари все царевичи,Не успел растаять дым костров еще —А царевичи пошли к Рабиновичам.Там три дочки — три сестры, три красавицы.И опять, опять цари опасаются…Ну, а Шифманы смекнули — и ЖмеринкуВмиг покинули, махнули в Америку.
x x x
Бывало, Пушкина читал всю ночь до зорь я —Про дуб зеленый и про цепь златую там.И вот сейчас я нахожусь у Лукоморья,Командированный по пушкинским местам.Мед и пиво предпочел зелью приворотному,Хоть у Пушкина прочел: «Не попало в рот ему…»Правда, пиво, как назло,Горьковато стало,Все ж не можно, чтоб теклоПрям куда попало!Работал я на ГЭСах, ТЭЦах и каналах,Я видел всякое, но тут я онемел:Зеленый дуб, как есть, был весь в инициалах,А Коля Волков здесь особо преуспел.И в поэтических горячих моих жилах,Разгоряченных после чайной донельзя,Я начал бешено копаться в старожилах,Но, видно, выпала мне горькая стезя.Лежали банки на невидимой дорожке,А изб на ножках — здесь не видели таких.Попались две худые мартовские кошки,Просил попеть, но результатов никаких.