Сочинения полностью

Что воздадим Господу о всех, яже воздаде нам? Что как не песнь Давидскую с истинною решимостью и на то, что поется в ней: чашу спасения приимем, и имя Господне призовем (Пс. 115:3,4). Чаша сия есть приятие мученичества. Но мученичество наше не в пролитии крови, а во внутренней добросовестной борьбе, когда, например, не преклоняем колен пред ваалом, т. е. не поддаемся похоти плотской, преодолеваем все, видимо и невидимо наводимые на нас, искушения, волнение помыслов, жжение похотей и пожеланий, прискорбность лишений, бед, унижений. Вот добрые мученики! Вот воины Христовы! Вот нуждницы и восхитители Царствия Небесного! Радуйтесь, благодушествуйте, мужайтесь, теките добре, восходите от силы в силу, возвышайтесь на самый верх добродетелей, витайте в превыспренних созерцаниях и делайте так непрерывно, пока придет конец жизни вашей и переведет вас к уготованным вам от сложения мира веселиям и радованиям. Блажен и преблагословен, кто, слыша сие внимательно и в дело приводя, и огнь к огню прилагая в сердце своем, возжигает в себе до небес восходящий пламень любви Божественной. Но окаянен, кто замыкает уши свои, любя суету и ища мимолетных услаждений плотских. Однако ж никто не ищи только своих — си, но и яже ближних смотри, своим собственным то считая: ибо мы члены в отношении друг к другу. Сим всяк радует Господа, а себя лучшим и совершеннейшим соделывает.

Слово 162

1) Описав вид усопшего и помянув о том, что видится в усыпальнице; и

2) поместив краткий очерк доброй жизни почившего,

3) выводит урок о хранении чистоты тела и души, чтоб соделаться достойною Христа невестою.

1) Память о смерти всегда спасительно действует и тем паче, когда стоим пред лицом умершего брата, как в настоящем случае. Се опять видим пред собою странное таинство! За минуту пред сим бывший с нами, не с нами уже теперь духом; говоривший с нами своими устами, умолк совершенным молчаньем, когда звук гласа его еще отзывается в ушах наших. Какое изумительное это зрелище! Видим его и не видим: телом он здесь видится, духом же отступил от нас. Лежит неподвижно и бездействен, нет дыхания, нет зрения и слова, все чувства видны, — и ни в одном — никакого нет живого действия; он как камень, или другая какая бездушная вещь. — Взглянем в место покоища прежде почивших: что увидим там, братие? Зрите и поучайтесь. Не прах ли это и пепел? Не истлевшие ли тела? Не иссохшие ли черепы? Не обнаженные ли кости? — И все это неприятное безобразие, жалкая и отвратительная куча. — Можно ли тут различить брата от брата, благообразного от безобразного, юного от престарелого? Никак: все истлело, все потеряло свой вид. Изволь теперь рассмотреть, кто хочет, где тут похотная сласть, где наслаждение явствами, где упокоение сном и все другое, что делается в угодие плоти? — где пожатие рук, объятия, лобызания? — Все прешло отсюда и взято с собою тем, кто, как богач приточный, предпослал то в ад на поджигание себе огня неугасимого.

2) Чего да не постраждет ни один из братий наших! И особенно ныне преподобно почивший и перешедший в жизнь нескончаемую, добре проведши здешнюю, в безукоризненном повиновении, — послушании, — юный летами, но седый мудрованием, — малый возрастом, но великий духом, коего внутреннее благонастроение ведомо мне, внешнее же поведение известно и вам, что в нем вся добра зело и всякой похвалы достойна, — Рафаил — добрый и воистину благородный, яко сохранивший Богоподражательный образ и, дерзаю сказать, достойно соименный одному из первостоятелей Ангельских. — Такую я имею уверенность о сем чаде моем; имейте и вы, ибо он того достоин. — Но обратимся к начатой речи.

3) Так и мы, спустя немного прейдем отсюда: умрем, нас опрятают, отпоют и похоронят. — Поелику же это так есть, и несть человек, иже поживет и не узрит смерти (Пс. 88:49); то прошу и молю вас, будем жить преподобно и непорочно и вести себя неповинно и безукоризненно, не только плоть, но и душу сохраняя чистыми: первую порабощая духу, чтоб не разсвирепервала и восставала подчревными движениями, и обуздывая страхом Божиим, чтоб покорно и смиренно довольствовалась мерою пищи, пития, сна и отдыха, определенною уставом и особым повелением; над второю же наблюдая, чтоб не слагалась с скверными помыслами и движениями и, вся воспаряя к Богу, Его красоту созерцала единую, потому что она одна во истину прекрасна и достолюбезна, все же другие красоты — призрак и ничто; ограждая также ее молитвою и псалмопением, чтоб чрез то и другое представить ее благоугодною благостному Жениху, Христу Богу. Если так совершим течение наше, благо нам: мы не умрем, а живи будем, сопровождаемые утешительною напутственною песнью: блажен путь, коим идете вы днесь; ибо уготовано вам место упокоения.

Слово 163

1) Наша брань к духам злобы с вождем их диаволом.