Ибо, если всякое начальство и власть поставлены от Бога, по словам апостола (Кол.1:16), то очевидно, что начальствующий и имеющий власть должен управлять подвластным народом по воле Божией, — и совершая неподкупный суд в делах сомнительных, и с благосклонным и мирным лицом принимая приходящих, придавая им таким приемом смелость объяснять их нужды. Ибо бедный, как говорят, не переносит угрозы. Еще же нужно склоняться на сторону бедного и смиренного; наказывать, когда требует нужда, — но наказывать не с гневом, а спокойно, с целью исправления, и немногими ударами (ибо жестокость неугодна Богу), но рассудительно и столько, сколько нужно, чтобы укротить необузданного и произвести исправление, как поступает отец с сыном и врач с больным. Блажен тот, кто так управляет народом и начальствует над войском. Ибо и Моисей, служитель Божий, начальствовавший над народом, и Иисус Навин, военачальник, и многие другие — не только среди царей, но и среди судей и начальников, начальствовавшие и первенствовавшие и прежде закона, и под законом, и уже во время благодати угодили Господу, управляя с благочестием. Просим и умоляем управлять именно так и тебя, преславного и возлюбленного нашего господина, чтобы тебе быть в числе этих спасенных и достойных почитания мужей. Прими наше напоминание не как дерзость, но как выражение любви; ибо мы любим тебя, любящего Бога; а друга отличает именно то, что он говорит полезное любимому; что и показало уничиженное письмо наше.
Да сподобит нас благий Бог наш сойтись когда–нибудь и для личного собеседования, чтобы насладиться присущими тебе благами, чтобы то, чего не представляют молва и слух, открыла бы личная беседа и сделала нас более деятельными в дружеском общении.
Ибо мы узнали от доброго письмоносца, что немалыми доблестями отличается ваше благочестие, которое да сохранит Господь, как зеницу ока, от всякого пагубного навета, и да спасет в своем небесном царстве!
Приличное обращение сделала ныне отеческая святость твоя, — не к нам, смиренным, — нет, мы сознаем, каковы мы, отставшие даже от стоящих на последней степени добродетели, — но ко всем божественным отцам и исповедникам, приветствуя, как добрый Ангел, и соединяя всех нас союзом любви. Праведное и достойное это дело — рассеянным в разных местах за слово Божие и свидетельство Единородного Сына Его, Господа нашего Иисуса Христа, беседовать друг с другом посредством писем и иметь духовное общение путем напоминаний, и не казаться от безгласности как бы умершими. Ибо мы знаем, что и божественный апостол Павел с подобными богоизбранными мужами издалека взывали друг к другу и сносились взаимною беседою, возвещая Евангелие царства Божия всему миру. На это и нас поставив (хотя и дерзновенно говорить об этом), Дух Святый увещевает:
Итак, за молчание — Страшный Суд, особенно при теперешней злонамеренной глухоте еретиков. Совершая богоприлично это благовестие, и твоя святость, как написал ты, подвергалась многим искушениям от не желающих слушать святое слово и отвергающих богописанную икону Христа, Богородицы и всех святых Его. Пребывай же, возлюбленный,
Еретики думают, что исповедническое общество Христово убывает, но они не знают, что оно еще более умножается, воодушевляясь ревностью прежних подвижников и становясь окрыленным воинством. Христос же еще спит (См. Мф.8:24), одним отверзая дверь покаяния по неизреченной благости, испытывая любовь других, чтобы увенчать их венцом терпения, а иных, как очищенное золото, непрестанно облекая прекрасною диадемой славы Своей.
Это тебе от нас, блаженный. Ты же продолжай умолять Бога, чтобы Он водворил мир в Церкви Своей, истребив всякое зло, а нас, оставшихся, сподобил сойтись для личной беседы, как и ты изъявил на то свое желание.