Я, Амре Айтаков, весел был,Шел с верблюдом я в Караганды.Шел с верблюдом я в Караганды,Повстречался ветер мне в степи.Я его не видел —Только пыль,Я его не слышал —Только пыльПрыгала безглазая в траве.И подумал я, что умиратьС криком бесполезно.Всё равноПосле смерти будетТолько пыль.Ничего, —Одна лишь только пыльБудет прыгать, белая, в траве.Спрятал ноздри рваные верблюд,Лег на землю.«Старый мой верблюд,Слушай, слушай!Это только пыль,Ничего, —Одна лишь только пыльПрыгает по спутанной траве».Стал я громко хохотать:«Ну что ж?..»Стал смеяться дерзко я:«Постой,Ты смешна,Крутящаяся пыль,Не страшна ты,Бешеная пыль,Прыгающая в траве».Пусть засыпан буду я песком,Пусть один погибну я в песках,Не страшна ты и безвредна, пыль.НичегоТы не изменишь, пыль,ЗадохнешьсяТы сама в траве!Человек бессмертен столько раз,Сколько разОн смерть свою встречал.Сквозь тебяПройду я мертвым, пыль,Я пройду в Караганды сквозь пыль,Весело ступая по траве.И, свою подругу там обняв,Я шепну ей на ухо смеясь:«Дорогая,Мне встречалась пыль,Старая,Невидящая пыль,Прыгающая смешно».6. ОБРАЩЕНИЕНа север, к Тоболу все глуше — трясина топи, рыжая мшарь и леса. Дикие гуси, крякуши.Но и тут — всё поет.Лягушка — и та поет.И у каждого свои голоса.Если бы отбубнили все комары, в мире стало б скучнее,Так квакайте, квакушки, летней ночью, раздуваясь в прудах и болотах сильнее!..Я простой, как бурдюк, но и меня смущает тревога гудков, барабана гугнивая дробь.Ирина, скажи: хоть воробьиный голос есть у меня?Хоть трели лягушки, гибкость ужа, ящериц прыть, кузнечиков треск есть у меня?Козлиное лицо, пьяные прыжки мои, рачий свист, черепашья страсть могут тебя рассмешить на минутку?Аришка, скажи.Ты мое счастье глазастое, рысь мохноухая, моя подводная незабудка.7Как тень купальщицы — длина твоя.Как пастуший аркан — длина твоя.Как взгляд влюбленного — длина твоя. В этом вполне уверен я.Пламени от костра длиннее ты.Молнии летней длиннее ты.Дыма от пальбы длиннее ты. Плечи твои широки, круты.Но короче свиданья в тюрьме,Но короче удара во тьме —Будто перепел в лапах орла,Наша дружба с тобой умерла.Пусть же крик мой перепелиный,Когда ты танцуешь, мой друг,Цепляется за твою пелерину, —Охрипший в одиночестве длинном,Хрящами преданных рук.8. ВОСПОМИНАНИЕ О РУССКОЙ
