Зан быстро догнал «Простор», с ходу вскочил на подножку, рывком распахнул водительскую дверцу, выдернул из вездехода Лома и отбросил в сторону, мгновенно, конечно же, рассчитав, чтобы тот при этом не впечатался в дерево. Затем кибер сел на его место, схватился за рычаги, развернул вездеход и погнал его назад. Лишь вернувшись к точке старта, он затормозил и выключил двигатель. Выскочил наружу – и помчался за Ломом. Вскоре он притащил на себе взломщика и поставил, живого и невредимого, на ноги.
К этому времени из кузова уже выбрались Олюшка с Силаданом. И тот, и другая трясли головами, будто пытаясь избавиться от сонной одури.
– Что это было? – еще не совсем очухавшись, уставился на спутников Силадан.
– Мы куда-то не туда поехали, – виновато потупил голову тоже не вполне пришедший в себя Васюта.
Сердито залаял Медок.
– Вот-вот, – пробурчал Зан, который, обычно хладнокровный, сейчас больше походил на рассерженного человека, чем на кибера. – Они не просто не туда, они в оказию[5] заехали! А должны были ехать за мной, я именно для этого впереди и бегу, чтобы безопасный путь показывать.
Васюта вдруг хмыкнул, задумчиво закатил ненадолго глаза и выдал, виновато перед этим хохотнув:
Девочка Маша на стройке играла, Мама за это ее отругала. И, убегая от маминых рук, Маша влетела в разверзнутый люк.
– Не знаю, кто из вас бо́льшая Маша, – жутко вращая глазами, просипел кибер, – но я сейчас на вас обоих разверзнусь! На минуту нельзя без присмотра оставить – куда-нибудь да влетите!
– Мы-то здесь при чем?! – синхронным дуэтом возмутились Лом с Васютой. – Это же оказия! – Впрочем, про оказию сказал только взломщик, сочинитель использовал слово «аномалия».
– Так, тихо! – выставив руки, прикрикнула Олюшка. – Это и правда было похоже на оказию. Я даже знаю, на какую именно.
– Ты имеешь в виду «мозгоедов» с их «розовым туманом»? – нахмурился Лом. – Но ведь сейчас никакого тумана не было.
– Вы могли его просто не заметить из-за деревьев. Или он откуда-нибудь сбоку накатил, вы ведь только вперед смотрели, а нам из кузова тем более ничего видно не было.
– Это не «мозгоеды», – снова став хладнокровно спокойным, сказал кибер. – «Розовый туман» ранее воздействовал и на мои интеллектуальные блоки, а сейчас я ничего такого не чувствовал.
Залаял Медок.
– Вот, – кивнул Зан. – Медок говорит, что тоже не чувствовал.
– И очень хорошо, что не чувствовал, – посмотрел на мохнатого друга Васюта. – Только благодаря ему мы и спаслись. Кто знает, куда бы нас эта гипнотическая гадость затащила…
– Я бы вас в любом случае догнал и вернул, – не промедлил с уточнением кибер, но, уловив на себе сразу несколько укоризненных взглядов, добавил: – Хотя Медок, конечно же, большой молодец. Но наша с ним невосприимчивость к данной оказии говорит о том, что это был не «розовый туман». И вообще никакой не туман, а нечто иное, воздействующее лишь на человеческий разум. Какая-то еще не изведанная оказия.
– Можно сказать, что уже изведанная, – вставил свое слово бывший полковник. – У нее ведь теперь даже название есть.
Все посмотрели на него с изумлением.
– Ну как же? – развел руками Силадан. – «Разверзнутый люк».
– Не надо забывать, что у нас по дороге будет и еще одна оказия, – напомнил Лом, – «жертвенник». Как бы мы с Васютой там тоже дров не наломали.
– Ты хочешь сказать – не поубивали друг друга? – побледнел сочинитель, вспомнив о заставляющей выбрать жертву аномалии.
– Просто не дадим вам в кабину оружия, да и все, – предложила Олюшка, тоже вспомнив о жутком происшествии по дороге в эту сторону[6].
– Мы и голыми руками справимся, веришь? – невесело усмехнулся взломщик.
– Ты и правда можешь… – охнула осица, представив, как сильный Лом душит ее возлюбленного.
– Почему это сразу он? – вспыхнул Васюта. – Может, я ловчее окажусь!
– Вы еще жребий бросьте, кто кому будет первым шею сворачивать, – нахмурился Силадан, который хоть и не испытывал еще на себе действие «жертвенника», но знал об этой аномалии по рассказам друзей. – Не проще ли на том участке остаться в кабине кому-то одному?
– Я поведу вездеход на том участке, – сказал молчавший до этого Зан. – «Жертвенник» может и одного заставить натворить дел – тот остановит вездеход, заберется в кузов и прикончит любого из вас на выбор, с учетом, что вы все будете связаны.
– Почему это мы будем связаны? – набычилась Олюшка. – Ты нас, что ли, вязать станешь, железяка?
Кибер даже не стал реагировать на «железяку», лишь изобразил тяжелый вздох – мол, с кем я имею дело, элементарных вещей сообразить не могут. И к слову сказать, до осицы первой и дошло.
– Стоп!.. Все верно. Нас придется связать, иначе мы тоже поубиваем друг дружку.
– Допустим, это все верно, – мотнул головой взломщик. – Я бы даже сказал, вполне логично. Кроме одного… – Он посмотрел на Зана: – А конкретно – тебя. Откуда ты знаешь, что на тебя «жертвенник» не подействует? Ведь «розовый туман», помнится, вполне себе действовал, а эта оказия может оказаться того же поля ягодой, веришь?
– Тогда тебе должно помниться и то, как я решал эту проблему, – сказал кибер.
