Архаизация? Регресс? Это – что? Это формы негативно-властного выживания. Политический класс Татарстана выживает через архаизацию татарского народа… вместе с русским. А оппозиция, это что – запасной полк? Но если это запасной полк, значит, не надо говорить непрерывно о том, что на нас работают 123 офигенных интеллектуальных центра, потому что в стране нет 123-х офигенных интеллектуальных центров; если 15 есть – слава Богу.
Я вижу, что действующий актуальный политический класс не модернизируется. Я вижу, что не модернизировалась олигархия, и я вижу, что не модернизируется чекистское сословие. Но я хочу видеть, что происходит в оппозиционной политической нише. Что, "бла-бла-бла" Зюганов, вот это всё называется политическая модернизация? Весь этот понос, который я вижу в бесконечном варианте, вот все эти холуйские разбежки, – это всё политическая модернизация?
Ну, я успокоился, думаю: "Ну, черт с тобой, Рогозин, я знаю, кто ты есть, в чем твой генезис и как ты двигался. Ну, в конце концов, у каждого человека своя история. За тобой стоит… Вот ты сейчас встал на цивилизационные позиции, и где-то там сидит Нарочницкая… Ну, вот, сейчас ты начнешь говорить как человек". Ровно через полгода он то орет о социал-демократии, то о том, что он должен двигать…
Это всё что такое? Это какой внутренний уровень плебейства нужно иметь, чтобы вот так разговаривать с историей? Значит, каждый из этих людей считает, что он поговорит на уголовной феньке с историей и она его поймет? Чем это более убого, тем безальтернативнее ситуация, тем более возникает вопрос: или глубокая трансформация, или смерть.
Что произошло с выступлениями стариков из так называемой "ситцевой революции"? Что произошло со стариками? Старики долго не могут стоять. Кто к ним не подключился? Не подключилось студенчество, не подключились средние классы, никто не подключился. Почему не подключились? Потому что барахло.
Потому что много говорили: "Вот, совки, поротое поколение". Но единственным духовно свободным поколением оказалось старшее поколение, потому что оно жило в стране с определенными нормами и оно способно еще к солидарному политическому поведению, в отличие от студентов, которые на это не способны.
Потому что хоть чем-то надо пожертвовать, а жертвовать уже страшно. Но это же не значит, что процесс завершился. Это значит, что вся эта злоба, вся эта растерянность, вся эта ненависть пошла на глубину. Гнойники идут вниз. Страна-1 гонит гной внутрь самой себя. Она все больше и больше воспитывает общество, что ему не нужно государство, что государство и есть его главный враг. Значит, либо массы и народы усвоят эту логику, что государство есть их враг, и тогда мы лишимся страны в течение нескольких лет вне зависимости от того, чем кончится Братислава.
Я, кстати, не исключаю, что она кончится очень погано. Я просто сказал, что есть шанс, он возник в последнюю неделю. А воспользуются им или нет (и как воспользуются), это отдельный вопрос. Но суть заключается в том, что, как бы это ни было, где-то на глубине должны сформироваться очаги, способные встретить угрозу конца. Не вонючие запасные полки, про которые болтают для того, чтобы оправдать воровство и пьянство, а реальные социальные структуры и тела.
Если ради этого мы потерпим и постараемся еще несколько лет удержать государственную целостность, эту гнилую государственную целостность… Но только не должно быть иллюзий, что эта государственная целостность не есть ликвидком и форма своей собственной агонии. В эту государственную структуру, в эту государственную программу заложена программа самоуничтожения, самоликвидации. Держать ее – это значит держать еще внутри нее и эту программу.
Единственная надежда – на то, что всё-таки Россия-2, другая, альтернативная Россия, сформируется и успеет содержательным и конструктивным образом ответить раньше, чем Россия-1 сама себя уничтожит. Ради этой надежды можно еще побороться, потому что стопроцентного аргумента для такой борьбы нет.
Масса людей скажет: "Вы поддерживаете нечто, внутри чего встроен механизм самоуничтожения". Да, он встроен, да, мы видим, что он встроен, но если не удержать эту рамку, то будет уничтожена надежда на то, что страна-2 ответит нормальным образом и мы будем иметь новое государство и решать проблему модернизации страны в ускоренном периоде, адекватном этому образу. А тут есть надежда.
Товарищ Сухов, когда его спрашивали "Хочешь ли ты сразу или помучиться", он говорил: "Лучше помучиться". Но только после этого товарищ Сухов начинал не с запасного полка, а начинал работать известными ему и оттренированными способами. Я надеюсь, что болтовня про запасные полки кончится и рано или поздно голову в руки возьмут. Этой надеждой и живу. Спасибо.
Сергей Кургинян
Только ли анекдот?
