— Ох, Боги, — произнес он. — Я был уверен, что это всего лишь сказки. Демонов многие любят очернять, рассказывать про них страшные истории и сочинять ужасы. Но эта печать… Неужели это правда?
— Что правда? — спросил я. — Я здесь считанные сутки и вообще не понимаю, что происходит. У меня ощущение, что я с ума сошел.
— Ладно, — произнес Гил. — Дай немного собраться с мыслями.
Пока маг ушел глубоко в свои мысли, я наслаждался вкусом чая. Кажется, я поступил правильно, и он хоть что-то мог мне поведать. Надоело уже чувствовать себя маленьким, выброшенным на улицу щенком.
— Я не знаю, насколько популярны в твоем мире подобные учения, — наконец, начал маг. — Так что начну все с самых основ. Наши миры — мой и твой, должно быть очень схожи.
Я согласно кивнул. Действительно, планета видимо вращается вокруг звезды похожей на солнце, а ночью я видел планету похожую на луну. Схожестей очень и очень много, как и различий.
— Все потому, что они являются отражением друг друга. Некогда они были единым целым, но потом произошло разделение миров. Все сущее разделилось надвое - надвое разделились и души, существующие в двух мирах. Каждый из нас имеет свое отражение где-то там — в параллельной вселенной. Тебя перенесли сюда, потому что ты являешься отражением, второй частью души пятого принца-демона.
— Отражением души? — переспросил я.
— Я не знаю, как описать это понятнее, — произнес Гил. — Никто из нас ведь никогда не встречал свое отражение. Наши отражения живут там — за гранью миров. Но даже так мы можем влиять друг на друга. Когда плохо нашему отражению, нам самим может становиться грустно ни с того ни с сего, либо наоборот, хорошее настроение может быть связано со счастьем второй половины твоей души. А встретить свое отражение… Наверное, это просто невероятное счастье. Твое отражение — это самое близкое для тебя существо во всем мире. Нет никого ближе, это особая ментальная связь. Но демоны используют ее по-своему.
— Как же? — спросил я.
— Они призывают свою душу-отражение в наш мир, а потом в назначенное время в назначенном месте проводят ритуал. Я не знаю точно что происходит и как, знаю лишь, что в результате душа-отражение погибает без возможности перерождения, а вот демон получает громадную силу. Душа его как бы становится единственной в своем роде — завершенной и полноценной. Это чудовищно на самом деле. По слухам, четыре старших принца уже прошли через такой ритуал, и видимо настала очередь младшего.
Вот это везение. Среди нескольких миллиардов людей именно мне досталась честь быть душой отражением ублюдка, который меня даже из другого мира достал, чтобы прикончить.
— А эта печать… — произнес я. — Мне бы знать как она действует.
— Я недоучка и не знаю всех тонкостей. Мне знакомы некоторые символы на печати. Они вообще довольно широко используются в нашем мире. Их ставят возлюбленным, или рабам. С их помощью можно отслеживать перемещения меченного, можно общаться с ним на расстоянии, можно установить проклятие — как в твоем случае. Все зависит от целей и силы того кто печать поставил. В твоем случае, у тебя стоит двухсторонняя печать — на твоем теле нанесена одна половина — вторую носит твое отражение. На ней есть метка смерти — ты обречен на смерть. Так же печать несет смерть всем, кто посмеет на тебя покуситься, попытается домогаться тебя или попытается убить.
Обо всем сволочь позаботился, чтобы меня никто и пальцем коснуться не посмел.
— Могу ли я избавиться от печати? — спросил я.
— Я не знаю, — ответил Гил. — Я уж точно помочь ничем не могу. Это совсем не мой уровень. Мой учитель… в столице… он долгое время изучал магию демонов. Даже был знаком с кем-то из принцев. Он точно должен знать больше меня.
— Расскажешь мне, как я могу добраться до него? Пожалуйста.
Гил на несколько мгновений замолк, вновь задумавшись. Потом бросил на меня нечитаемый взгляд, еще раз взглянул на татуировку.
— Я давно обещал приехать к нему в гости, и может, продолжить обучение. Я проведу тебя к нему. Боюсь, ты слишком мало знаешь о нашем мире, а печать может не только защитить, но и принести еще больше неприятностей.
Стремление Гила помочь не показалось мне подозрительным. Он вообще был теплым и светлым. Даже если у меня не было никаких сверхъестественных сил, натура его читалась во взгляде.
— Я не хотел бы, чтобы у тебя были неприятности из-за меня, — произнес я.
