Понти также решил, чтобы Бернстайн переделал сценарий и для фильма "Повеяло скандалом", который был написан по мотивам пьесы "
Софи должна была сняться еще в одном фильме "Парамаунт", который продюсировал не Понти. Глава киностудии Джек Карп спросил ее, интересно ли ей поработать в команде с самим "королем", Кларком Гейблом. Актер в свое время заключил соглашение с "Парамаунт" на три фильма и работу в двух уже закончил: "Любимец учителя" с Дорис Дэй и "Но не для меня" с Кэрролл Бейкер. Софи не пришлось уговаривать. "Парамаунт" пригласила в фильм и Мелвилла Шейвелсона и Джека Роуза в качестве вознаграждения за съемку в "Плавучем доме", который еще не вышел на экраны, однако уже хорошо себя показал в пробных демонстрациях по всей стране. Но о совместной работе Софи Лорен и Кларка Гейбла чуть позже.
В то время как "Плавучий дом" обещал стать хитом, "Парамаунт" беспокоилась о судьбе "Черной орхидеи". Понти, отнюдь не самый беспристрастный судья, считал, что работа Софи в этом фильме заслуживает "Оскара". Чтобы доказать это, он убедил руководство студии отправить кинофильм на Венецианский кинофестиваль в августе. В глубине души он надеялся, что если Софи или фильм, в котором он выступал как продюсер, завоюет несколько призов, правительство Италии отреагирует на это достижение и, может быть, снимет уголовное обвинение против них.
Ежегодный кинофестиваль в Венеции старше Каннского и более престижный, по крайней мере в Италии. Бенито Муссолини, ценивший влиятельную силу кино, основал этот международный кинофорум в 1932 году, а после войны его возобновили, конечно, без упоминания имени диктатора и призов в его честь. Показ фильмов и церемония награждения победителей проводились во Дворце кино в местечке Лидо, престижном прибрежном курорте, расположенном прямо через залив напротив Венеции.
В то лето, ожидая, когда начнутся съемки "Такого рода женщины", чета Понти арендовала дом на Французской Ривьере, возле итальянской границы. По мере того как приближался фестиваль в Венеции, распространялось все больше слухов, что их арестуют, как только они ступят на итальянскую территорию. Хотя присутствовать на фестивале им было не обязательно, они, конечно, хотели там быть, особенно если их работа завоюет главные призы.
"Ехать или не ехать? В конце концов мы решили, что наш совместный приезд в Венецию стал бы своего рода пощечиной нашей стране, — вспоминала Софи. — Хотя мне страшно не нравилось покидать Карло, я решила испытать судьбу одна. Я подумала, что, как у женщины, у меня больше шансов, чтобы ко мне относились должным образом".
Помощник Понти Марчелло Джирози и Пилад Леви, представитель руководства "Парамаунт" в Италии, убедили организаторов фестиваля провести переговоры с правительством, чтобы Софи не подвергалась никаким преследованиям. Этот фестиваль был одним из самых важных культурных мероприятий Италии, известным во всем мире, и привлекал в Венецию огромное число гостей, которые заполняли все рестораны и гостиницы города. Поэтому любые скандалы вокруг фестиваля могли повредить его репутации и уменьшить число гостей в будущем.
Конечно, "Парамаунт" затратила какие-то деньги на охрану Софи и соответствующий прием. Она поехала поездом из Ниццы через Северную Италию, чтобы не прибегать в аэропорту к повышенным мерам безопасности и к тому же не вызывать неприятных комментариев в Риме и Ватикане. Когда она прибыла в Венецию всего за несколько часов до закрытия ночной церемонии, "Парамаунт" организовала ей королевский прием; люди, которым студия заплатила, забросали ее цветами и приветствовали флажками с надписями: "Софи, мы любим тебя! Добро пожаловать домой в Италию!"
