— Hyf куда же подевался твой знаток Софокла и специалист по Антигонам? — Вильям склонился перед Ольгой в ироническом поклоне. — Оглушил нас своими сомнительными сведениями, а сам смылся после первой же репетиции. Или ты вчера вечером так уж ему надоела? — продолжал он с ужимками.
— Вот дурак. — Ольга отвернулась от него.
Но Виктор пришел, и Ольга первая его увидела. Она, просияв, побежала ему навстречу. Ее сестра Анна тоже радостно вскрикнула. Берта облегченно вздохнула.
Вильям умолк и лениво уселся рядом с Владимиром, который грыз орехи. Юрай Мразик злорадно подмигнул Вильяму, а тот демонстративно зевнул.
Виктор поздоровался с Ольгой, незаметно пожав ей руку, затем раскланялся и с остальными.
Все собрались вокруг Виктора. У девушек даже слегка дрожали руки, сжимавшие тетради с ролями, будто они уже стояли перед микрофоном или кинокамерой.
— Вчера мы дошли до половины, — напомнил Виктор, — сегодня постараемся кончить. Гемон, начинай!
Юрай вышел на авансцену, сделал широкий жест правой рукой, затем прижал ее к сердцу и начал громко декламировать:
В этот день они прошли пьесу до конца. Они репетировали еще десять дней, а через две недели, когда Виктор нашел исполнителей на эпизодические роли, решили: «Еще неделю будем заниматься деталями, отрабатывать каждое движение, и — премьера!»
Через два дня после этого в заводской клуб во время репетиции ворвался парень с толстым портфелем в руке. Уже от самых дверей он начал кричать, вопить, смеяться и держался настолько раскованно и панибратски, что Виктор раскрыл рот от удивления. Но сестры Ольга и Анна с криком: «Петер!» — бросились навстречу этому расхристанному парню и принялись целовать и обнимать его. Вскоре Петера обступили и другие кружковцы. Все жали ему руки, хлопали по плечу. Один Виктор все еще ничего не понимал. Но тут Ольга подтащила Петера к Виктору и познакомила их.
— Это наш брат Петер, — радостно объявила она, — он только что вернулся из армии.
Виктор представился.
Они пожали друг другу руки.
— Ты с ним гуляешь? — тихо спросил Петер у Ольги.
— Немножко, — ответила она, радостная и счастливая, и, смеясь, растрепала брату волосы.
— Ну что же, выпьем за это, — воскликнул Петер, — выпьем вообще за все.
Он стал вытаскивать из сумки бутылки, стаканы, огурцы и куски разломанных бутербродов. Сестры пришли в ужас при виде такой закуски, но все же кое-как разложили все это на стульях, придав бутербродам съедобный вид. А Петер успел за это время раздать всем стаканы и разлить водку,
— Будем здоровы! — провозгласил он.
— Будем!
— Добро пожаловать к нам!
Все выпили залпом и принялись за бутерброды и огурцы. Петер снова стал наливать, но, когда он подошел к Виктору, тот перевернул свой стакан вверх дном.
— Мне довольно, — сказал Виктор.
Петер удивленно обвел всех глазами.
— У нас ведь репетиция, — объяснил Виктор.
— Какая еще репетиция?
— Мы ставим пьесу.
— Ну, вы даете! — и Петер, гримасничая, оглядел застеснявшихся артистов. — Да ладно тебе, — полуобнял он Виктора. — Сегодня никаких репетиций, никаких пьес. Сегодня не будем играть, а будем жить!
Артисты оживились. Виктор покачал головой, медленно перевернул свой стакан, и Петер при общем хохоте наполнил его с верхом. От холодной водки Виктор невольно содрогнулся…
И так пили они два или три часа, пели, смеялись и слушали рассказы о необычайных приключениях Петера. Бутерброды и огурцы давно уже кончились, но водки оставалось еще много. Первой попрощалась Берта, потом исчезли и трое парней, сказав, что они торопятся смотреть по телевизору футбол. Виктор остался с семьей Малых и початой бутылкой.
— Допьем и пойдем, — предложила Анна.
— Нет, лучше пойдем сейчас, — решила Ольга, — а допьем дома.
Она завинтила крышку бутылки и дружески подтолкнула подвыпившего брата.
— Я согласен, — пробормотал тот, не протестуя, и, покачиваясь, направился к выходу. Сестры быстро навели порядок в зале, собрали стаканы и пустые бутылки.
Когда они вышли из заводских ворот, было уже темно.
Петер уверенно направился к автостоянке.
— Куда ты? — побежала за ним Ольга.
— Я отвезу вас, — великодушно пообещал Петер.
— У тебя машина? — ужаснулась Ольга.
— Отец дал.
— Но ведь ты пил! — бросилась к нему Анна.
— Что я там выпил, — удивился Петер. — У меня же ни в одном глазу, смотрите, — и он сделал несколько прыжков на одной, потом на другой ноге.
— Я не поеду, — решительно сказал Виктор.
— Как хочешь, — обиделся Петер. — Волков бояться — в лес не ходить. Поимти, девчонки!
Сестры переглянулись, а Виктор кивнул им и решительно направился к трамвайной остановке.
— Виктор, подожди, — позвала его Ольга, — подожди! — Она догнала его, взяла за руку, заглянула в глаза: — Нельзя же быть таким принципиальным, это уж чересчур…
Виктор молчал.
— Мы осторожно, — продолжала убеждать Ольга, — медленно поедем.
