Семен раньше любил меня, поэтому остался. Рядом с ним я чувствовала себя немного напряженно. Было ощущение, будто мы магниты, которые перевернули, и они отталкиваются друг от друга.
– Вы здесь. Идемте. Александр Григорьевич требует вашего незамедлительного появления, – сказала Аня, выбежав к нам.
Мы вернулись в зал. Саша многозначительно на меня посмотрел, а я вздернула подбородок, поднялась на сцену, и мы продолжили.
После репетиции Саша повез меня в ресторан пообедать. Всю дорогу мы молчали. В ресторане выбрали уединенный уголок, где никто не мог нас увидеть, и заказали еду. Пока ждали заказ, Саша заговорил:
– Ты опять расстроилась из-за Лиды?
– Какая проницательность!
– Ну сколько можно, а? Я же говорил, ничего между нами нет.
– Зачем она звала тебя?
– Директор сказал ей помогать мне в постановке спектакля.
– Угу.
– Так и есть.
– Я верю, верю, – саркастически сказала я.
Тут принесли наш заказ, и мы молча ели. Я не сказала больше ни слова. После обеда он отвез меня домой, и мы больше не созванивались.
В полной тишине проходили дни. Я разговаривала с Сашей только во время урока, когда он спрашивал меня или вызывал к доске. Настроение меркло с каждой минутой. Бабушка грустнела вместе со мной, потому что я снова мало говорила, мало гуляла и мало смеялась.
Через неделю мы уже репетировали 5 сцену «Ромео и Джульетты». Сад Капулетти. В окне видны Ромео и Джульетта.
– Ты хочешь уходить? Но день не скоро:
То соловей – не жаворонок был,
Что пением смутил твой слух пугливый;
Он здесь всю ночь поет в кусте гранатном.
Поверь мне, милый, то был соловей, – сказала я.
– То жаворонок был, предвестник утра, -
Не соловей. Смотри, любовь моя, -
Завистливым лучом уж на востоке
Заря завесу облак прорезает.
Ночь тушит свечи: радостное утро
На цыпочки встает на горных кручах.
Уйти – мне жить; остаться – умереть, – на мой взгляд, Семен играл отлично.
– Нет, то не утра свет – я это знаю:
То метеор от солнца отделился,
Чтобы служить тебе факелоносцем
И в Мантую дорогу озарить.
Побудь еще, не надо торопиться.
На этом моменте я должна подойти к Семену и поцеловать его. И только он протянул ко мне руку, Саша прервал его:
– Что ты стоишь? Джульетта – твоя любимая, ты, наоборот, должен к ней подбежать, закружить по сцене и поцеловать.
Семен подошел ко мне, хотел сделать, как сказал Саша, но его действия были скованными и неуверенными.
– Смотри и учись, – произнес учитель.
Саша попросил меня повторить последнюю строчку, потом, когда я закончила, подбежал ко мне, заключил в объятия, закружил и склонился надо мной. Он смотрел мне в глаза так чувственно, я хотела коснуться его губ, но тут он отпустил меня.
– Понял? – спросил Саша у Семена, и мы продолжили репетицию.
В осенние каникулы, часть класса, которые играли в спектакле, каждый день ходили в школу на репетицию. Поэтому я каждый день виделась с Сашей. Мы начинали общаться снова, но Лидия Ивановна, словно замечая что-то, постоянно вставала между нами. Наедине с Сашей я больше не оставалась. Звонить я не собиралась, и он ничего не делал, чтобы сблизиться со мной.
Тем временем я начала общаться с Семеном. Мы ходили в кино, гуляли по парку, провожая осень. Аня радовалась, что Семен стал поактивнее и встречается со мной. Я не возражала. В последнее время, мне на все было плевать.
В конце второй четверти, мы наконец-то сыграли спектакль. Зрители шумно аплодировали. Мы получили приз за лучший спектакль года в нашей школе – грамота классу, дипломы и диски с современной танцевальной музыкой участникам. Мы бурно радовались победе, после чего выпили по бокалу шампанского с разрешения учителей. Однако «Ромео» забылся и выпил больше, чем следовало.
Все разошлись по домам, Семен вызвался проводить меня до дома. Я согласилась, но вспомнила, что в нашем классном кабинете забыла дневник, взяла на вахте ключ и поднялась за ним. Парень не отставал. В кабинете было темно, я хотела включить свет, но Семен начал меня целовать. Я ответила. Затем он повалил меня на парту и стал задирать мне юбку.
– Что ты делаешь?! – испуганно воскликнула я, тщетно пытаясь оттолкнуть его.
– Тише ты! Все пройдет быстренько, – ответил Семен, расстегивая свои джинсы.
Думать было некогда. Я стала вырываться, тогда он навалился на меня всем телом.
– Помогите! – крикнула я и завизжала.
Семен зажал мне рот рукой. Слезы отчаяния полились по щекам. Страх сковал сердце ледяными клещами. Я все еще пыталась вырваться, хотя Семен был сильнее.
Кто-то включил свет.
– Что здесь происходит?! – вопросил до боли знакомый голос. Это Саша.
Он схватил Семена за ворот рубашки и оттолкнул от меня. Я быстро поправила юбку и села, не смея двигаться дальше. Мимо проходил Костя, который увидел меня и зашел в класс. Саша поручил ему отвести Семена домой и прислать сообщение, как только задание будет выполнено. Они ушли. Саша подошел ко мне.
– Что он сделал? Я опоздал? Он тебя..? – взволнованно вопрошал он.
