Как жить, когда в душе не осталось ничего, кроме пепла, падающего, подобно снегу? Он засыпает всё самое ценное, что было и осталось - в прошлом. По собственной воле сосланный в гарнизон на степном рубеже, ты не ждёшь ничего, кроме смерти в бою. Но как быть, если все твои тщательно выверенные планы летят к чертям в тот момент, когда на горизонте твоей жизни появляется... она? И какие тайны скрываются за её цепким взглядом и гордо расправленными плечами? И самый главный вопрос - сможешь ли ты дать себе ещё один шанс?..
Я с раздражением захлопнул дверь и выругался. Метель всё усиливалась - не прошло и двух дней, как степь укрылась толстым одеялом снега. Теперь ни дозор не выслать, ни разведку - всё заметно до самого горизонта. С другой стороны, утешало то, что и враг тоже не сунется - чай, не дураки, понимают, что видны как на ладони.
Валькор принял у меня толстый казенный бушлат и пристроил его на вешалке у очага. Я же упал на скамью и прикрыл глаза. Двое суток без сна измотают кого угодно, но я рассчитывал ещё поработать.
Ребята без устали строили укрепления. Несмотря на скептицизм в рядах бойцов, я не сомневался в том, что ещё месяц-другой - и здесь, на степном рубеже, станет жарко. Орки церемониться не будут - у них своя цель. До лета, поди, думают до столицы дойти.
Я поморщился. А всё ведь было как полагается - каждый день расписан. Но вот тебе - метель спутала все планы. Хотелось бы, конечно, проверить, не рук ли орочих шаманов это дело - но, к сожалению, с магами у меня было плохо. Точнее, не то чтобы плохо - никак. Магов у меня не было ровным счётом ни одного.
гнор погиб полтора месяца назад при вылазке в степь. Ойриса неделю назад отозвали в цитадель и пока что он не вернулся - если честно, я вообще сомневался в его возвращении: скорее, предложат работу в каком-то злачном местечке. Кто же откажется? На Ойриса я не злился - он верно отслужил свои полгода при гарнизоне, а дольше я бы держать его не смог при всем своём желании.
Как же всё… невесело.
И бойцов жаль, и провизия на исходе. Как бы не полыхнуло недовольство.
А впрочем, чего уж там. Недовольные роптали уже недели полторы. Только толку-то.
Звук захлопнувшейся двери прервал мои мысли. Я приоткрыл глаза и посмотрел на Валькора. Судя по его виду, помощник только вернулся c улицы - странно, а я не слышал, как он уходил.
– Лорр Визиус, - Валькор отвесил короткий, по-военному, кивок, – там обоз прибыл. С провиантом.
В груди потеплело. Ну наконец-то хорошие новости - пусть даже впервые за три месяца.
– И… – помощник замялся, - проверяющий приехал.
Как всегда. Хорошая новость - и тут же плохая.
– Опять? - я вложил в слово все своё пренебрежение с этому пагубному типу людей.
Проверяющий. пять какой-то толстяк будет совать нос во все щели, прикрываясь именем короля. Прошлый даже в оружейную влез - несмотря на то, что делать ему там было ровным счетом нечего.
Я усмехнулся, вспомнив, как пищал толстяк, когда я лично садил его на телегу и отправлял с обозом до ближайшего населеннoго пункта. Подумаешь, какая цаца - всё-равно найдет, как добраться назад.
– Вам лучше выйти, посмотреть.
Но я уже накинул бушлат и вышел.
боз действительно прибыл и сейчас возле нескольких телег суетились бойцы, таская на себе тяжелые мешки и ящики. Я выдохнул - с таким подкреплением можно и людей прокормить, и молодняк спокойно встретить. Прошлый обоз был раза в два меньше - да и прислали нам в основном гвозди да иструмент. Ох и зол же я был тогда.
У передней телеги я увидел Валькора, а рядом с ним - низкую фигуру. В голове мелькнула мысль о том, что от раза к разу проверяющие мельчают. Ну как, мельчают - прошлый таким же мелким был. Зато раза в три шире.
– Приветствую в гарнизоне, – я сухо кивнул. Расшаркивание с торгашами не входило в мои планы, – пройдемте со мной.
Фигура кивнула и двинулась следом. Я удивился покладистости - прошлый толстяк прямo на морозе начал распинаться о важности возложенной на него миссии, – но виду не подал и пошёл впереди, указывая дорогу.
Сторожка встретила теплом - Валькор уже подвесил над огнём котелок и запах диких трав разносился на все помещение. Я отвернулся, снимая бушлат и заранее решив проигнорировать все полагающиеся при встрече проверяющего правила приличия.
– Не скажу, что рад вас видеть, - я забросил бушлат на вешалку, где о и повис, причудливо раскрыв рукава, подобно птице.
– Не скажу, что не согласна с вами, – звонкий голос, раздавшийся за моей спиной, заставил меня замереть. Я медленно повернулся и уставился на собеседника.
Точнее, на собеседницу.
А та тем временем откинула капюшон, являя миру своё лицо.
Она была… миловидной, не более. Аккуратный подбородок, высокие скулы, серые глаза. Почему-то взгляд зацепился за ресницы - длинные и пушистые, несмотря на то, что она стояла в нескольких шагах от меня. Светлые волосы, обрезанные по солдатской моде чуть выше плеч - что странно для девушки; обычно длинные волосы берегут пуще зеницы ока. Я не мог разглядеть их цвет - блики огня окрасили локоны во все цвета оранжевого.
Цепкий взгляд скользнул по моему лицу, заставив меня ожидаемо замереть, как охотничьего пса, который почуял след. Вот сейчас, хотя бы малейший отголосок брезгливости или oтвращения. Ну, давай же!
Но… нет. Смерив меня изучающим взглядом, девушка вновь уставилась в огонь, а я почувствовал глухое раздражение от происходящего.
– Так и будем молчать? – я постарался, чтобы голос звучал ровно и ни одна эмоция не проскочила через барьер.
