– То есть,твои отчеты Цитадель не получает? - ещё раз решил удостовериться я, уже зная ответ.
Эйрин покачала головой:
– Официально в гарнизоне мага нет. Неофициально же...
Α неофициально каждая орoчья собака может полюбоваться на купол защиты, которым окружен гарнизон.
Дойдя до окна, я привалился к деревянной раме и задумался. Происходящее мне сильно не нравилось.
С одной стороны, затихшие орки. И радоваться бы, да вот не получается - враг подобен маленькому ребенку: если притих - жди беды. А значит, что-то у них там происходит - причем происходит настолько незаметно, что даже наша разведка остается в неведении.
А хотя, сейчас бойцы вернутся - спросим.
С другой стороны мңе не давали покоя слова подопечной о трех магах в королевском совете. С какой стати Цитадель вдруг вздумала укреплять свои и так неплохие позиции? Заполучить даже одно место дорогого стоит, и все три?..
То-то Аверис забеспокоился.
А пентаграмма? А странный склад мебели?
– О чём думаешь? – Эйрин неслышно подошла и остановилась напротив. Плащ она всё-таки сняла, оставшись в темной рубахе. На шее тускло посверкивала серебром цепочка, уводящая под расстегнутый на две пуговицы воротник.
– Οбо всем, - поморщился я, – то пусто, то…
– Меня учили, что беда не приходит одна, - верно истолковала мои слова девушка, – если уж и наваливается, то знатно и сразу.
Через окно, выходящее на стену, я мог видеть кусок двора - небольшую поленницу, приспособленную под нужды кухни, старый котел, до которого у Верлейна никак не доходили руки - то ли вымыть,то ли выбросить, – и дверь в кладовую, где в свое время пыталась проводить ревизию тогда еще Вирра. Странное время было, но спокойное - не было ощущения висящего над тобою дамоклова меча.
– Асгор сказал, что у тебя отозвался дар, – сообщил я, спеша заполнить повисшую тишину.
Эйрин едва заметно усмехнулась, прислоняясь к окну. Розовая прядь, незнамо как выбравшись из забранных назад волос,тут же упала ей на лоб.
– А ещё говорят, женщины потрепаться любят, – иронично хмыкнула она, - а оно вон как бывает.
– Чем же еще заняться в гарнизоне? - охотно подыграл ей я, – не оружие же всё время точить.
– Не оружие, так языки, – всё-таки заулыбалась девушка и тут же посерьезнела,точно вспомнив что-то, - отозвался, Сайрус. И, признаться, я не знаю, что с этим делать.
Недосказанность повисла в воздухе. И, хоть Эйрин и договорила, я понимал, что есть что-то ещё, чего она не скажет, но о чём подумает.
О том поцелуе.
– Мне… страшно, - внезапно призналась подопечная, поймав мой понимающий взгляд и, будто решившись, быстро заговорила: - мне страшно постоянно. Каждое мгновение, каждый день, каждый скрип ворот. Когда приходят обозы, я прячусь за колонну и наблюдаю, не приехал ли кто-то знакомый. Кто может меня узнать и… - она всхлипнула, но я даже не пошевелился: не хотел спугнуть. - Каждую ночь меня будят шорохи. Поверь мне, я даже знаю, когда меняются караулы во дворе - по шуму и голосам. И вечера… когда за окном темнеет, я боюсь, что закончатся свечи,или масло в лампе, или… - она вновь всхлипнула и обхватила себя за плечи руками, точно силясь согреться, – я в жизни такой трусихой не была, как сейчас! Всего боюсь, за всех бoюсь, за тебя боюсь… - она смахнула слезинку с щеки и смущенно поглядела на меня, - вот что мне делать?
– Иди сюда, – я протянул руку и мягко привлёк к себе не сопротивляющуюся девушку, чувствуя, как доверчиво прильнула она к моей груди, - я не дам тебя в обиду, обещаю.
– Я знаю, – тихо отозвалась она.
Асгор обнаружился во дворе. Привалившись к стене, друг сосредоточенно выбивал пепел из трубки. Кисет, заполненный первоклассным табаком, нашел свое пристанище на большом камне рядом.
– Что-то тревожно мне, – поприветствовал меня он.
Я кивнул. Ощущение, что что-то зреет не покидало и меня. А учитывая наличие пентаграммы практически под боком, ощущение вполне могло обернуться реальностью.
– Ночью шаманы слабее, – попытался успокоить мужчину я, - к тому же, после Дикой Ночи они отсыпаться будут ещё дня два.
– Дай Боги, – Асгор осенил себя знаком Восьмерых, а я помрачнел: набожность никогда не входила в приоритеты друга.
Особенно в военное время.
– Тебе бы отдохнуть.
– На том свете отдохну, - хмыкнул друг, поднося магическое кресало к трубке. Синий мятущийся огонек ловко поджег высушенный табак и исчез, – вот только пойму, что на этом происходит.
– Что-то новое?
Асгор усмехнулся:
– Да всё то же самое. Письма, письма… в королевском совете перетрубации какие-то. Братец твой воду мутит, – остро поглядел он на меня.
– Как обычно, – быстро открестился от родича я.
– Интриги, сплетни, клубок змей, – продолжал мужчина, - жизнь бурлит, а в основном ничего нового. На севере что-то случилось, королевские дознаватели туда слетелись, как мухи на… кгм, – прервался он, – но это к оркам не относится.
– Сайгон информацию требует, - сообщил я.
– Ага, ага, - покивал разведчик, – вынь да положь, да ещё на блюдечке с голубой каемочкой. Где мы её возьмём? Что конкретно ему нужно?
Я пожал плечами. Разрозненные события не давали целой картинки. А она нам нужна…
