— У нас есть веские доказательства, что многие австрийские генералы, в том числе и Франц Вейротер, который подготовил негодный план сражения при Аустерлице, давно уже подкуплены французами, — сказал граф Йозеф Бройнер-Энкровт, а остальные закивали, соглашаясь с ним.
— Теперь понятно, почему он и нашего Суворова подводил! Ведь это же именно Вейротер настолько неудачно составил план Швейцарского похода, что русские войска чуть было не попали в ловушку в Альпах, подготовленную французами! — воскликнул я.
— Продажная тварь! Но, ничего. Я, например, считаю, что те, кто решается пойти по пути предательства, продают душу князю тьмы, и он обязательно возьмет свое обратно. Конец каждого предателя ужасен. Они умирают в муках, — высказал свое мнение барон Томаш.
Я обратил внимание, что интерьер этого цокольного зала напоминал библиотечный. Во всяком случае, в простенках стояли высокие шкафы с книгами, документами и картами, за письменными столами по углам сидели писари, а в воздухе смешивались запахи свечного воска, каминного дыма, бумажной пыли, чернил и разогретого сургуча для печатей. Карты, разложенные на столе, изображали долину Здешова с прилегающими окрестностями вплоть до Вестина. И все собравшиеся офицеры рассматривали их очень внимательно, стараясь запомнить все изгибы линий, поскольку от этого зависело, насколько точно и слаженно они смогут руководить войсками на местности в предстоящем сражении.
Граф, с его вдумчивым взглядом и суровым выражением лица настоящего стратега, указывал на один из участков, где, по его мнению, враг был наиболее уязвим. И этим участком, разумеется, был узкий вход в Здешовскую долину.
— План очень прост. Если мы обрушимся на французов одновременно с двух сторон, когда они окажутся в узком дефиле между горных отрогов, мы получим все шансы на победу. Мы зажмем их в клещи, ударив с флангов, а потом довершим разгром ударом по центру. Тем более, если на нашей стороне будет внезапность, — слова графа прозвучали, как призыв к действию.
Эрцгерцог слушал внимательно, не перебивая. А Томаш Моймирович высказался в своей резкой манере:
— Надеюсь, что вы все тщательно продумали, граф? Мы не можем позволить себе ошибку в планах, как при Аустерлице. У нас здесь не так много сил. Как я понимаю, всего удалось собрать около пятнадцати тысяч штыков: четыре у вас, граф; пять у эрцгерцога вместе с его потрепанным полком кавалерии; еще три с половиной тысячи у меня, если считать вместе со всем ополчением, которое привели в Здешовскую долину другие бароны, участвующие в нашем общем деле. И, помимо всего, под командованием майора Леонарда Моравского находятся две с половиной тысячи, которые составляют городской гарнизон. И это все, что мы можем противопоставить французам. Потому мы не имеем права разбрасываться солдатскими жизнями!
Майор Леонард Моравский, кивнул, соглашаясь с Томашом. Леонард был прагматиком, и четко представлял себе численный состав войск, озвученный бароном Моймировичем, как и возможности маневрировать этими войсками против французов маршала Мюрата. В то же время, майор Вильгельм фон Бройнер начал возражать, настаивая на том, что мы должны действовать решительно и без колебаний, не оглядываясь на потери. Его аргументы были полны страсти, но в них не хватало холодного расчета, необходимого для успешного ведения войны.
— Мне кажется, что нужно перехватить инициативу у неприятеля. Предлагаю ударить самим прямиком на Вестин, не ожидая, когда Мюрат подойдет ко входу в нашу долину, — высказался майор фон Бройнер.
В этот момент эрцгерцог Фердинанд вставил собственный довод:
— Господа, мы должны учитывать не только свои желания, но и силы, а также намерения противника. Давайте сопоставим, то, что нам известно: примерное число войск Мюрата, позиции французов, их слабости и возможности с нашими. Лишь таким способом мы сможем избежать повторения ошибок Аустерлица.
Как только главные моравские командиры высказались, в помещении повисла тишина. Я чувствовал, как взгляды всех присутствующих сосредоточились на мне, как будто они искали во мне поддержку. Словно бы я мог повлиять на то, сможем ли мы одержать решительную победу над Мюратом имеющимися довольно скромными силами.
