«Я стану твоим разочарованием. Я стану твоей болью. Если бы я мог быть чем-то другим, стал бы. Но не думаю, что это возможно». «Сохрани меня» - это новелла, относящаяся к роману «Герой», для читателей, желающих заглянуть в жизнь «после завтрака». Она не является обязательной частью основного романа, и прочесть её можно по желанию. Рекомендуется читать после «Героя», так как новелла не является отдельной книгой
Кейтлин.
Гравий хрустит под шинами, пока машина останавливается, и я знаю, что Кельвин наблюдает за мной с места водителя. Он берёт мою руку и подносит к своим губам.
— Мы всё ещё можем вернуться, — очарованная видом из окна автомобиля, я трясу головой. — Это может изменить всё между нами, — предупреждает он. — Я всё ещё считаю, что недели вместе недостаточно для этого.
— Это может быть моим последним шансом. Думаю, нам это нужно.
Выхожу из машины и прикрываю глаза от яркого солнца. Поместье практически сияет, когда свет отображается от его огромных прямоугольных окон. Оба раза, сбегая из этих удушающих стен, я ни разу не оглядывалась назад. Я впервые вижу его с такого ракурса. Но место, на котором сейчас стою, я сотню раз видела из поместья.
Моя рука в руке Кельвина, наши пальцы переплетены, пока мы идём. Поднимаю глаза на него и до сих пор вижу двух разных людей, но, если бы это когда-нибудь изменилось, он был бы не он, и мы были бы не мы.
Открыв дверь, он входит без слов. Я колеблюсь всего мгновение, но ему достаточно, чтобы заметить это. Войти в поместье нелогично, и мой желудок кувыркается. Атмосфера соткана из воспоминаний, и мне трудно скрывать мои тяжёлые эмоции. Кельвин сжимает мою руку. Перила твёрдые и блестящие. Отчётливо слышно эхо от стука моих шпилек по мраморному полу. Камеры всё ещё смотрят на меня из углов фойе. Всё вокруг ошеломляет меня, тревожит, воскресает в памяти, как и время, проведённое здесь. Я начинаю сомневаться в своём решении вернуться.
Вырываю руку и направляюсь через центр холла. Старый запах потёртых книг взывает ко мне, и, когда я вхожу в комнату, он обнимает меня знакомыми объятьями.
— Куда бы мы ни отправились, у тебя будет своя библиотека, — произносит Кельвин.
Я поворачиваюсь к нему. Он стоит в дверном проёме, и по нему не скажешь, принимает он наркотики или нет. Важно то, как мы подходим друг другу, и что его мускулистое тело сделано для меня. Хотя он и говорит, что оно было создано, чтобы удерживать опасность подальше. Его бронзовые волосы спадают на лоб, а зелёные глаза смотрят проницательно. Я благодарна, что ему больше не нужно скрывать их за очками.
— Я бы хотела, — произношу я.
— И игровая. И встроенный бассейн, если на то пошло, — он делает паузу, а его губы искривляются в ленивой улыбке. — Всё ведь было не так плохо, так ведь?
— Что?
— Время, которое мы провели здесь.
Я не отвечаю. В поместье хорошее и плохое становятся синонимами, и простые попытки разделить эти два понятия почти свели меня в могилу.
— Оно кажется больше. Или, может, просто опустело без Нормана. Тебе не одиноко?
Кельвин пересекает комнату и успокаивает моё волнение:
— Поэтому мы так поступаем. Я хочу быть с тобой и не могу сделать этого здесь
Его рука накрывает мою, которой я сжала запястье. Кельвин говорит мне, что, когда я расстроена, вожу пальцами по своим шрамам. Я едва ли замечаю это, но ему потребовалось менее недели, чтобы понять это.
— Всё равно прошло ещё очень мало времени перед тем, как ты сюда приехала, — говорит он. — Если хочешь, я могу отвезти тебя назад в квартиру.
— Нет, — отвечаю я. — Давай поднимемся наверх.
Он позволяет мне побродить, пока мы не достигаем места ещё более знакомого, чем библиотека. Я вхожу перед ним и изучаю свою бывшую комнату. Она выглядит точно так же, как и тогда, когда я оставила её. Или так, будто меня здесь никогда не было. Я иду к подоконнику и опираюсь на него ладошками. Когда оборачиваюсь, Кельвина нет позади. Я пялюсь на пустое пространство, когда понимаю, что он не появится.
По ту сторону окна цветущие розы полностью распустились. Время не смогло стереть то, что было посажено.
Когда Кельвин вошёл в мою галерею, один его вид облегчил во мне то бремя, что я несла и даже не знала об этом. Это не та реакция, с которой встречают своего врага. Но он как-то закрывает раны, которые я зализывала три года.
Осторожно я толкаю окно, чтобы открыть его, и вдыхаю. Прошло семь дней с тех пор, как Кельвин вернулся ко мне, взобравшись через окно в мою постель. С тех пор каждую ночь он проводил именно там.
После завтрака из пережаренной яичницы и сожжённых тостов Кельвин и я стоим у раковины с мыльными руками, моя посуду.
— Ты открыла галерею через год после того, как уехала из поместья. Я думал, ты планировала пойти в колледж.
Я пожала плечами.
