Сохрани Страну Чудес полностью

 – Я. И буду мстить за тебя. Пока всё в этом замке не будут мертвы. – Серьёзно сказал Мартин.

 – Глупый ты. – Улыбнулась она. – Гурафа — и то, не мог победить... Ладно, ничего со мной не случится.

У ворот стояли два рослых человека. Один — в короткой кожаной куртке и с мешком, в котором что-то позвякивало, когда он его задевал. Второй — в соломенной шляпе, явно крестьянин. Они лениво о чём-то разговаривали.

 – ...а в том году на жатве у Филина был, тудыть его конём. Дык он только двадцать монет и дал за весь сезон. А обещал двадцать пять! Никогда больше к нему ни ногой! Вот, может наш чудак чего получше предложит. Никогда не знаешь, что ему понадобится в этот раз.

 – Вроде как, он мастеровых больше любит. Потому я теперь по этому делу. – Он слегка пнул свой мешок. Снова звякнуло железо. – У нашего кузнеца выучился. Слыхал про Тихона-мастера из Загорья? Барон ему по сотне платит!

 – Тудыть его конём! – Удивился крестьянин.

Колокол пробил четыре раза, и с четвёртым ударом дверь в правой створке ворот открылась. Стражник поманил рукой. Человек в куртке подхватил мешок, крестьянин снял шляпу. Элис кивнула Мартину, торопливо сжала его плечо.

 – На закате приходи сюда. Если не приду — хотя бы через стражника передам.

Стражник провёл их через тёмную арку, и они оказались в одном из тесных внутренних дворов. В дальнем конце виднелись ещё два выхода, свет сверху едва достигал зарешеченного окна на высоте двух человеческих ростов. Выше — только гладкие стены и зубцы далеко вверху. Пузатый велел встать им у стены строем. Похоже, эти нехитрые обязанности его забавляли. Крестьянин, ворча, неохотно повиновался, а мастеровой и так стоял у стены, опустив свой мешок к ноге.

Ждать пришлось недолго. В дальних воротах послышались шаги, и из тени вышел худощавый человек с сединой в волосах и бакенбардами. Стражник по-военному вытянулся и замер. Человек ещё издали приглядывался к ним, и, когда подошел, уже, кажется имел мнение относительно их судьбы. Он остановился напротив крестьянина. Было заметно, что тот нервничает, "тудыть его конём" просто читалось на его лице.

 – Так. С конями управишься?

Крестьянин сглотнул и кивнул.

 – На конюшню пойдёшь. Пять монет в неделю и еда. Согласен?

Тот заметно повеселел.

 – По рукам.

Они ритуально пожали руки. Барон чуть неохотно, словно это требовало от него усилий.

 – Патрик отведёт. – Он кивнул на стражника. Потом повернулся к мастеровому. – А ты, никак кузнец? А это что? – Он указал на мешок.

 – Инструменты...

 – Понятно. Не понадобятся. У нас такие станки, каких ты и не видел. Ладно, перекуём во что-нибудь. Хорошее железо всегда пригодится. Сколько лет у наковальни?

 – Ну я как бы это...

Элис поразилась проницательности барона, как он понял, что тот недавно выучился, или подслушал разговоры у двери?

 – Ясно. В мастерские. Будешь работать у мастера Бенедикта. Семь монет в неделю. Если проявишь смекалку — награжу. Будешь зря суп хлебать — выгоню. А вообще — работа у нас творческая, больше надо мозгами шевелить, чем молотом долбить. Согласен?

 – Да, барон. Буду стараться.

Было видно, что он не очень доволен началом, и рассчитывал на большее, и непривычность новой работы пугает его.

Наконец, хозяин подошёл к Элис и взглянул на неё сверху вниз. Элис не видела его лица, словно подсознательно боялась разглядывать его.

 – Мелковата... Тебе сколько лет? В мастерские не возьму. Разве что прислугой. Впрочем, у тебя тот возраст, когда всему сможешь научиться.

Элис слышала, как он оценивал работников, и ей даже понравилось, что барон с одного взгляда и безошибочно определяет их способности. Но ей вдруг показалось обидным, что какой-то незнакомый человек выносит ей приговор, едва увидев её.

 – Я читать умею! – Почти крикнула она и с вызовом взглянула ему в лицо.

На неё смотрели добрые смеющиеся глаза.

 – Это интересно. – Барон заколебался, взвешивая. – Как зовут тебя?

 – Элис.

Казалось, этот ответ что-то добавил на весы его сомнений.

 – Книги любишь? – Элис охотно кивнула. – Тогда у меня к тебе особенное предложение. Если тебе понравится...

Он махнул рукой стражнику, и тот повёл работников прочь со двора.

 – Пойдём, я покажу тебе. Знаешь, кто такой библиотекарь?

Элис мотнула головой.

 – Это хранитель книг. У меня их много, но разобраться в них нет времени.

Они вошли в ворота, и барон открыл боковую дверцу. За ней начиналась узкая винтовая лестница. Поднявшись, они оказались в гулком коридоре. Барон вёл её куда-то вглубь замка, иногда оборачиваясь, чтобы убедиться, что она не отстала. Наконец, он остановился перед небольшой дверью, гремя ключами. В коридоре было почти темно, пыльные вазы, стоящие через равные промежутки, скрывали за собой мрачные тени, здесь было странно и неуютно. Но вот дверь раскрылась, и солнечный свет отразился в коридор, распугав тени.