Сохрани Страну Чудес полностью

 – Ха! Это гураф-то шустрый! Да с ним и ребёнок справится, он же глупый как овца...

 – У... у меня оружия не было. – Слегка смутился он.

 – Кто же ходит в лес без ножа?

Он поднял с земли совсем маленький ножик, годный разве что для заготовки трав. Парень был слегка растерян, но не подавал виду, пытаясь казаться уверенным.

 – Вообще-то я не собирался в лес. Так получилось. И вообще, ты кто?

 – Я Элис. Живу тут неподалёку... жила. А теперь иду на юг, в замок барона Эдвина. Хочу наняться к нему на работу. А ты?

 – Я Мартин. Иду на юг, в... Метоскул, кажется так это называется. Кстати, а где монах?

 – Какой монах?

 – Ну, здесь был... ночью. Не встречала? Такой в простой серой одежде, на поясе верёвка. Типичный такой монах.

 – Неа. Откуда здесь монахи. Спири́т что ли? У нас такие тут не ходят. На ярмарке — видела. Интересно, что ему здесь было надо. Детей воровать... в деревне детей нету больше.

 – Он добрый вообще-то. Вышел прямо из леса, видит, что я ранен, помог мне, рану перевязал, травы насобирал и мне лечебный отвар сделал. Я с него спал, как убитый... Жаль мне его угостить нечем было, грибы я ещё вчера доел, а мясо от меня убежало. – Он пошевелил раненым плечом, проверяя ощущения. Потом протянул руку к кострищу, снял с рогатин прикреплённую над ним палку. – Точно, ушёл. И котелок свой забрал.

 – А у тебя своего нет?

 – Нет. – Грустно ответил он.

            Элис вздохнула и поняла, что тоже хочет есть.

 – Ладно, угощайся. – Она развязала свой мешок, достала кусок лепёшки, полоску сушёного мяса и флягу. – Ты идти-то можешь теперь?

 – Легко. Он несильно меня рогом полоснул, только кожу пропорол. Да и монах постарался.

 – Давай посмотрю, у меня мать лекарем когда-то была.

            Рана, и правда, была неглубокая. Если не будет воспаления — через месяц останется лишь шрам. А воспаления не будет, рана выглядела чисто, очевидно, тот спири́т хорошо промыл её отваром.

То, что он пришёл ниоткуда и в никуда ушёл, не удивило Элис: про спиритов всегда говорили, что они странные. А ещё говорили, что у них есть свои правила, и одно из них — помогать всему живому. Вот почему монах перевязал Мартина и ушёл, очевидно, продолжил свой путь по каким-то своим странным делам. Она перевернула повязку чистой стороной и снова завязала её. Странно, как низкорослый гураф мог достать до плеча. Наверное, он ударил его всей своей массой и уронил, а потом порвал рогом. Но Элис не стала об этом спрашивать. Гордость горе-охотника и так была уязвлена.

            Метоскул... Элис слышала это слово на ярмарке, но не знала, что оно значит, а спрашивать у незнакомых торговцев стеснялась. Вроде бы, это какое-то крупное поселение далеко на юге. Замок барона тоже был на юге, но гораздо ближе, и Элис примерно знала дорогу.

 – А как далеко Метоскул?

 – Не знаю. Монах не сказал. Сказал только "Иди на юг, вдоль реки, тебе надо попасть в Метоскул".

 – И ты ему поверил?

 – Я привык верить людям. Особенно тем, кто мне помогает.

Элис замолчала. Она даже слегка обиделась на такой достаточно резкий ответ. Она сложила припасы в мешок и завязала его. Настало время сказать "пока" и пойти дальше. Но растерянный вид Мартина остановил её. Всё равно по лесу в одиночку он далеко не уйдёт, если даже гураф стал для него препятствием. Правила спиритов помогать всему живому... наверное, это правильно. И он же тоже идёт на юг...

И ещё... Элис только сейчас осознала, что в нём показалось ей странным. Произношение. Он произносил слова немного не так, как люди в деревне. Мягче. Совсем как Шейла.

И Элис решилась.

 – Я тоже иду на юг. Пойдём вместе?

Радостная улыбка была ей ответом.

След раненого гурафа приводил к реке. Элис не собиралась отвлекаться на охоту, но его следы шли в нужном направлении, и было глупо отказываться от большого хорошего ужина. Мартину он был особенно нужен, похоже, он уже пару дней не ел нормально. И вот зверь ушёл по воде. Теперь след его мог появиться ниже по реке. Вряд ли, раненый, он стал бы плыть против течения. Элис осмотрела глинистую отмель, где он вошёл в воду. Следы сразу уходили под углом в южном направлении. Она прошла несколько шагов по течению, и вдруг внимание её привлёк чёткий человеческий след. Плоская подошва с гвоздиками по краю, и даже след от ремешка с боков.

 – Это монах! Он был в сандалиях, я помню. – Мартин присел рядом, разглядывая след.

 – Совсем недавно, смотри, даже вода не размыла.

 – Утром. Думаешь, он тоже шёл по следу?

 – Скорее всего. И он догнал нашего гурафа. Или скоро догонит. Я бы не стала вставать на дороге спири́та. Кто знает, что у него на уме.

Мартин недоверчиво посмотрел на Элис. Похоже, он так не считал, но не стал возражать.

 – Кто он такой вообще, расскажи.