Не желая утрачивать связь с миром и его волшебством, он занялся музыкой. Её считал тем инструментом, способным передать красоту всего незримого, что мог видеть сам. В четырнадцать лет мальчишка сочинил свою первую мелодию. Тогда над ним многие посмеялись, но он не утратил желания творить дальше. И когда ему исполнилось восемнадцать, даже соседи за стенами затихали, заслышав его игру.
Теперь уже парень — он любил гулять ночью по парку: так в голову легче приходили новые мелодии, и он спешно записывал их в блокнот, который всегда носил во внутреннем кармане рубашки.
Но однажды ему довелось побывать в парке днём. Уже почти летнее солнце приятно грело и заставляло улыбаться, множество красивых цветов завораживало взор. Парень так и не отвёл бы от них взгляд, не раздайся неподалёку шум.
— Бесполезно!
Сидящая на скамейке девушка со всей злости забросила карандаш в траву. Затем подскочила, чтобы туда же отправить альбом для рисования, но позволить ей сделать это парень почему-то не смог. Измазанная грифелем ладонь была перехвачена буквально в последний момент. А в следующую секунду музыканта пронзили взглядом орехово-зелёных глаз. Правда, несмотря на свой цвет они казались холодными.
— Что ты делаешь? — растерянная действиями незнакомца, девушка замерла и теперь смотрела на него, не скрывая замешательства.
— Зачем портить то, на что потратила столько времени?
Он и вправду не понимал этого. Но художница восприняла вопрос иначе.
— Откуда тебе знать, сколько времени я на это потратила? — вспылила она, выдернув ладонь и указав ей на свои рисунки. — И какой смысл хранить то, что никому не нужно…
— Но ведь оно нужно. Тебе. Тебе ведь нравится рисовать, — подметил парень, слегка улыбнувшись и снова заставив девушку застыть. Впрочем, ненадолго.
— Знаешь, не нужно. Это, видимо, и вправду пустая трата времени, и лучше бы я…
Дальше он слушать не стал. Всё его внимание захватили крылья. Её крылья. Золотисто-багровые, красиво блестящие на солнце. А теперь стремительно теряющие свою красоту и осыпающиеся перьями на асфальт. И он понял, что не может позволить им исчезнуть так же, как у многих людей.
В очередной раз взмахнувшая руками девушка была заключена в крепкие объятия и тут же смолкла. Едва мерцающие крылья мелко задрожали.
— Покажешь мне свои рисунки? — первым нарушил молчание парень. На этот раз в ответ не стали огрызаться или вырываться.
***
— Ты живёшь тут одна? — поинтересовался парень, неторопливо проходя следом за девушкой в коридор и осматриваясь по сторонам. Двухкомнатная квартира казалась очень просторной: мебели тут было не слишком много, зато всяких красивых безделушек — хоть отбавляй.
— Да. Родители переехали, а я осталась здесь, — отозвалась художница, всё ещё чувствуя себя достаточно неловко в компании парня, хоть общалась с ним уже несколько недель. — Будешь чай? У меня много разных…
— Сначала рисунки, — с улыбкой напомнил тот, подходя к двери, ведущей в комнату. Девушка усмехнулась в ответ.
— Моя другая.
Открыв нужную дверь, она оглянулась на гостя, приглашая взглядом. И тот тут же приблизился, чтобы замереть на пороге. В помещении, окрашенном в приятные светло-сиреневые тона, было просто море рисовальных принадлежностей. Как ни странно, большая часть из них была более-менее аккуратно сложена, на рабочем столе же творился маленький хаос.
— Проходи, — вывел парня из транса голос девушки. — Только постарайся ничего не сбросить.
— Буду предельно аккуратен, — заверил тот и уже собрался рассматривать творения своей новой знакомой, как заметил стоящее в углу пианино. — Ты играешь?
— Нет. Это моей младшей сестры — она учится. Но переехала вместе с родителями, оставив его мне, — объяснила та, проследив за взглядом парня. — А ты музыкант?
— Немного, — усмехнулся он, словно зачарованный проведя рукой по гладкой поверхности инструмента. А затем заметил лежащую на полочке сверху стопку уже изрисованных листов и потянулся за ней.
— Н-нет, вот это как раз точно смотреть не надо, — спохватилась девушка, подскочив к нему и пытаясь отобрать рисунки. — Красками я рисую не очень, и вообще…
— Почему же, — так и не позволив забрать листки, парень глянул на верхний рисунок. На нём был изображён водопад и речка с зеленью деревьев у берегов. — Мне нравится.
— Там много ляпов, — смущённо пробормотала художница и указала пальцем на кроны деревьев. — Вон тут тёмные пятна, и…
— А я думал, это птицы, — весело отозвался парень, не дав ей раскритиковать свою же работу. — Ну правда, похоже очень, смотри, — он заставил девушку всмотреться в рисунок и затем радостно произнёс: — Я даже почти слышу их пение.
— Да ладно, — скептически уставилась на него та, слегка покраснев.
— Я не шучу, — уверенно отозвался парень, коснувшись пианино. — Можно?