Дурдом, честное слово. Хотя, слово Локи не может быть честным, мой персонаж отец лжи, племянник секретаря обкома ВЛКСМ по статусу. Даже сочувствую этим реконам. По моему заходу я реально достоин зваться Локи. Или я им подгоняю крепость и тогда я бог по определению. Или знатно всех развел, как… как натуральный Локи.
— Ярл, кончай эту байду, не на вече. Погнали в крепость.
— Прямо сейчас?
— А то когда? У меня время не резиновое.
— Верно, время имеет свойство заканчиваться.
— Ошибка. Время не проходит и не заканчивается. Это мы проходим. Люди и боги. А время остаётся.
Пригашенный такой истиной, Пашка молча сел в мою машину, и мы погнали. Да, на речку Городню, но уже по конкретному адресу. Через пятнадцать минут Проказов не утерпел.
— Жорж, что мы будем должны делать за это? Кого убить?
— Кого скажу.
— А если серьезно?
— Ты по жизни чем занимаешься? — Типа я не знаю его источников дохода.
— Шабашу помаленьку.
— А если честно? Локи здесь я, так что не ври.
— Организовываю бригады отделочников, строителей. Свожу заказчиков и исполнителей.
— Короче, мелкий посредник на рынке труда.
— Ну да. А ты кто, Жорж?
— Я Локи. И мелкий посредник на рынке силовых групп.
— Это как?
— Бывает, что кому-то нужно отбиться от наезда, а у кого-то в это время не на что пива купить и подраться не с кем. Вот я и свожу людей за толику малую.
— Что, правда? А такой сервис бывает? Никогда не слышал.
— И это правильно, Паша. Вы теперь в моём бизнесе. Или как?
— Да так и так всё к одному катилось, чего уж там. Ты реально крут?
— Когда я Локи, можешь во мне слегка сомневаться, но про себя. А когда я Милославский…
— Жорж фигни не скажет, я помню ваш девиз. Далеко еще ехать?
— Ты совсем в Москве не ориентируешься?
— Не мой район, не очень шарю на южной окраине.
— Подъезжаем уже. Колеса есть?
— Да так, у бати «Москвич» убитый.
— А ты москвич живой. Так что сменишь скоро.
— Я согласен, — быстро согласился Пашка.
Народ не только непуганый, он еще и ненабалованный. Думают, что тачка — это вершина крутости, а настоящее своё богатство считают убогими халупами. То есть да, у всех это реально убогие халупы по факту, да у всех практически. Но ценны сами московские стены, они сильно помогут некоторым в скором времени. Кому статус сменить, кому жизнь спасут. Или наоборот.
Я поставил машину прямо напротив центральных ворот. Ржавые створки листовой стали, обваренные уголком, навевали мысли о бренности всего сущего, кроме самих ворот. Такие так просто не возьмешь, во всяком случае не тараном.
— Закрыто! — Павел зачем-то покачал створку, подёргал замок.
— У тебя ключ есть?
— Отмычка. Универсальная.
Проказов уже впечатлился электролифтами стекол, теперь будет удивляться на мою отмычку. Выйдя из машины, я подошел к воротам. Ага, замок выглядит солидно, но вполне мне по силам. Тут главное что? Не палить по замку фронтально, как это принято в кино. Слабый замок развалится, а такой точно нет. А еще важно не словить рикошет. Что в ногу, что в глаз получить раскаленный кусочек бесформенного свинца в латунной оболочке то ещё счастье. Подхожу у воротине и прижимаюсь к ней всем телом, распластавшись как кленовый лист на гербарии. «Паш, отойди подальше от греха!» Плавным движением достаю из-под мышки пистолет, снимаю с предохранителя и загоняю патрон в патронник. Чуть под углом и сверху вывожу ствол, целя ниже дужки в тело замка, бабах! Лязг и скрип качающегося на дужке механизма, больше не препятствующего нам.
— Жорж, ты чего сделал! Сейчас люди сбегутся.
— Дураков нет по этой глухомани на выстрел бежать, на окраине народ умный живёт, всё больше совхозные рабочие на пенсии да шоферюги спивающиеся. У них с инстинктом самосохранения всё хорошо. Поэтессы и прочие труженицы интеллектуального труда здесь не водятся.
Я вытащил дужку из петель и потянул за воротину. Какой чарующий чистый мощный тон! Даже жалко, что скоро он пропадет под действием смазки и просто частого открывания ворот. Звук уйдет, останется банальный скрип железа.
— Чего встал! Открывай ворота настежь, Ярл! Как заеду, прикроешь.
А дальше было уже не так неинтересно. Промка, она и в Африке промка. Типичная заброшенная не то автобаза, не то механическая мастерская, состоящая из трех зданий, огороженная забором. Причем, брошенная недавно и не при капитализме. Это в будущем с таких объектов будут как метлой сметать вообще всё. В двадцать первом веке вынесли бы весь металл, а в девяностых даже рамы вырвали бы, проводку из стен, даже затертый линолеум скатали бы. Я в своё время недоумевал, зачем рамы вырывают? Оказалось, из них предприимчивые граждане строили теплицы. Или парники? Далек от земли, разницу не улавливаю.
