Он преуспевающий архитектор в крупной Нью-Йоркской фирме. Она возвращается домой после учебы за границей. Он лучший друг ее отца и между ними не может быть ничего общего кроме семейных ужинов и проектов по работе? Но как быть, когда внезапно возникшее чувство оказывается сильнее обстоятельств? Нужно лисопротивляться ему или можно отдаться в его власть? Что это: животная страсть или всепоглощающая любовь? Как примирить себя со своей совестью и обязательствами? А может, лучше вернуть все на круги своя и забыть?
В оформлении обложки использованы фотографии автора Diego Rezende
«Man Carrying Woman» с https://www.pexels.com;
автора Javon Swaby «Low Angle Photo of Buildings» с https://www.pexels.com.
Клэр смотрела в иллюминатор как земля стремительно приближается и думал о том правильно ли она поступила. Дома она не была уже давно и, честно говоря, как-то даже соскучилась по родителям и друзьям. Хотя с друзьями было немного проще они все-таки встречались чаще, а вот родители… Конечно, можно было остаться в Лондоне и делать все самостоятельно, ну то есть примерно так, как она кричала родителям, когда уезжала, но здравый смысл и опыт говорили, что в компании отца все это будет гораздо проще. Хотя, с другой стороны, она понимала, что она не самый последний специалист. Ведь не зря ее проекты часто выигрывали студенческие конкурсы и на работу ее звали…
Девушка прикрыла глаза, откидываясь в кресле. Скоро она будет дома… "Интересно, а моя собака с черными ушами жива или мама все-таки выкинула ее?" Клэр улыбнулась, вспоминая ту жизнь, которую некогда так хотела оставить позади. Самолет, равномерно урча, нес ее обратно. Туда, где была ее жизнь, хотя она и не хотела признавать это. Уже объявили, что самолет приступил к посадке и народ начал просыпаться. Кто-то спешно пристегивал ремни, кто-то выпрямлял спинку кресла, кто-то сдувал дорожную подушку. Клэр посмотрела на своего соседа, судорожно вцепившегося в ручку кресла и подумала, что ей невероятно повезло, поскольку она не боится летать. Он бросил на нее затравленный взгляд и девушка ободряюще улыбнулась.
– И все таки я не понимаю, зачем мы едем вдвоем встречать твою дочь, да еще и на моей машине?– поинтересовался Харви, паркуя свой мерседес на парковке у здания аэропорта и повернулся к своему партнеру и другу,– думаешь, мое присутствие сделает ее более вежливой и доброй?
– Просто ты считаешь, что хорошо водишь машину и потом у нас есть шанс показать всем, что мы встречаем не мою дочь, а просто молодую и красивую девушку. – Генри Джонс, владелец крупнейшего в Нью-Йорке архитектурного бюро посмотрел на свой Ролекс и усмехнулся, – У Стива подружке 23, а Клэр 21, так что мне будет завидовать весь аэропорт. А ты можешь подождать в машине.
–Нет, ну что ты, я не упущу такого случая и посмотрю на то, как тебе все будут завидовать, – отозвался Харви с улыбкой.
– Ну, тогда пошли, – Генри снова бросил взгляд на часы, – они должны уже сесть.
Мужчины вышли из машины и направились в терминал. Суета аэропорта уже перестала быть для них чем то, побуждающим к приключениям. Поездки и командировки давно стали обыденностью, но сейчас Генри немного нервничал. Рейс из Лондона только что сел, но пассажиров еще не было видно, и он вздохнул. Он понимал, что соскучился по своей маленькой девочке, но не был уверен, что та, которая должна появиться в дверях будет на нее похожа. Прошло достаточно времени и, хотя он понимал, что дети растут, он не был к этому готов.
Харви стоял рядом со своим другом и поглядывал на пассажиров. Это был молодой темноволосый, зеленоглазый мужчина, с довольно модной короткой стрижкой, как и всегда безупречно одетый в брендовый костюм, с галстуком и своим внешним видом, выделяющийся среди других встречающих. Причем, мужчина знал, что красив, и держался, как человек знающий себе цену, – уверен, что узнаешь ее? – поинтересовался он, -думаю, она сильно изменилась.
–Ну, это все-таки моя дочь. И на последнем фото она была с волосами нормального цвета и вообще.
–То есть, хочешь сказать, что она теперь не панк с зелеными волосами? – уточнил Харви, – ух ты…
–Ага, хотя последний раз был давно так, что все могло изменится.
Он посмотрел на выходящих пассажиров, в сотый раз поднял глаза на табло, убедившись, что рейс его дочери сел, и улыбнулся, – я рад, что она вернулась.
– Ну естественно, она ведь твоя дочь, ты должен быть этому рад…
– Эх, – Генри рассмеялся, – тебе этого не понять. Хотя, вспоминая то, что было много лет назад, я так завидовал тем, у кого нет детей.
–Да нет, ты не прав, я тебя понимаю, просто сам не испытав радости отцовства, не могу в должной мере оценить твои чувства
– Вон она, – Генри не дослушал, потому что увидел дочь, – все таки она красавица, – негромко сказал он, гладя на то, как в стройная девушка в джинсах и облегающей футболке лавирует в толпе пассажиров. Зеленых волос не было и в помине, их уже давно сменила задорная стрижка и сейчас было время естественных цветов. Поправив сползающий с плеча рюкзак, Клэр наклонилась к чемодану, чем вызвала восхищение у идущего за ней отца семейства, не сводящего глаз с девушки с самого выхода из самолета. Единственная дочь Генри Джонса убрала прядь за ухо, осматриваясь в поисках отца и искренне надеясь, что про ее прилет не забыли, как карие глаза счастливо засветились.
Харви повернулся и, как ни странно, сразу узнал девушку, – да, ты прав, -отозвался он.
Девушка медленно подошла к ним, – привет, пап.
