– … главное еще не сказал… и сделать это нужно как можно быстрей… зайдешь к нему в комнату… там, в шкапу… под крышкою… их накрывает плат… и сразу неси мне… очень важно, чтобы ни единая душа, понимаешь? Сам я этого сделать не могу, потому как днем всегда почти… на глазах у их сиятельства, а в неурочный час… торчит там, точно пень или дрыхнет немчура. Может, конечно, сыскал уже… Потому и говорю, дело срочное! Важно, чтоб не опередил и тебя не словил. Мы оба знаем, какой из тебя, девка, конспиратор… вот он у меня где, перец-колбаса! Запомни, плат – первейшая твоя забота, пригляд тоже важно, но плат стократ важней…
Ясно было одно – из бывшей комнаты бурмистра, которую ныне занимает красавец-офицер, нужно тайком выкрасть какой-то чрезвычайно важный платочек. Не ясно только где его искать. Холонев, видно, про то в самом начале говорил, когда боль еще скручивала девушку пополам.
Так, со вчерашнего обеда, и началась для Танюшки жизнь многохитрого подсыла. Или, как называл ее отныне Владимир Матвеевич, шпиона в юбке.
Сначала управляющий коротко перемолвился о чем-то с помещиком, должно быть, справил своей затее должное разрешение. Затем пристроил Татьяну нянькой к маленькому барчуку – Георгию Константиновичу, сынку главного полицейского чиновника. Того как нарочно отец прислал с доверенным человеком из города, развеяться на воздух, на солнышко. Бурмистр страшно обрадовался, велел догонять господ и ехать с ними на пикник. Оно, конечно, не просто так, приказал глаз не спускать с колбасника. Фалька, то бишь.
Сначала все шло легко и гладко. Даже слишком. Господа до того привыкли не замечать присутствие слуг, что держаться поблизости и слышать все их беседы было не сложней, чем отобрать конфекту у ребенка. Как любила говаривать ее тетка: "Пареная репка и та мудреней".
В общем, слушала свободно. Благо, было что. Речи велись самые интересные, про замужество, стало быть, про семью. Потом и вовсе чудеса начались: бутылки, оружье, пальба. Какая интересная прогулка! Будет что поведать Владимиру Матвеевичу, подумала Танюшка и сглазила.
Начался дождь. Разговоры мигом утихли, интересное прекратилось.
Тут бы радоваться, что шпионская служба хоть временно, но стала невозможной, однако Татьяна поймала себя на странном желании разведать как можно больше. Что это? Азарт?
Еще вчера жизнь казалась размеренной и разумной. Правильной. Счастливой. Но стоило в привычный ход событий вмешаться господину Фальку, как все тут же изменилось. Самым решительным образом! Встало с ног на голову. Окружающая действительность перестала быть тихим омутом, обернулась на поверку стремительным речным потоком. Барышню захватили два противоречивых чувства, ей было одновременно очень страшно и очень любопытно.
Интуитивно повинуясь этому новому для себя состоянию, Таня решила не пасовать перед трудностями. Полезней было бы держаться ближе к учителю фехтования, подумаешь дождь. Накинуть рогожку и ничего!
Затея с треском провалилась. Горничная тщетно упрашивала госпожу разрешить ей ехать обратно в коляске с Иваном Карловичем. Ради такого случая не побрезговала бы и обществом противного толстяка Мостового. Однако Софья Афанасьевна была в своем милосердии тверда и непреклонна. Не пустила. Усадила вместе с Георгием Константиновичем в карету, подле печки.
По возвращению в усадьбу малолеток был передан с рук на руки отцовскому порученцу, вислоусому стражнику в отставке, отогреваться в бане да спать. Господа отправились по комнатам, готовиться к ужину, она – искать батюшку-бурмистра. Надобно было ему немедля все пересказать. Пока не забыла. Может, после дозволит повидаться с Тимошенькой? Хотя, оно конечно, навряд.
Владимир Матвеевич выслушал ее молча, с расспросами не встревал, ничего не переспрашивал. Только отчего-то сильно побледнел, когда рассказ зашел о пистоле и стрельбе. С дролечкой повидаться, само собой, не дал. Вручил каталку, доверху заполненную полотенцами да всяким умыванием, и велел снести все это по нумерам. Каждому из гостей. Шепнул на ухо, мол, сама знаешь, с которой апартаменты начинать и что делать. Для пущей важности шлепнул ладонью пониже спины, змий! Татьяна ничего, стерпела. Ради своей новой интересной жизни можно и было потерпеть.
Во вчерашний вечер временный обитатель первой комнаты оказался у себя. Чего-то шумел там, за дверью. Звенел железками и, кажется, что-то шептал. Плат так и остался не найденным. Бросаться на поиски сразу после того как за офицером закрылась дверь было не разумно. Можно наломать дров. Уж лучше, перенести на другой раз.
Расчет оказался верным. В этот другой раз, то есть сегодня утром, все прошло как по заказу! Чуть рассвело, офицер утопал со своими саблями в «Колоссею». Учить Тимошу оружейной драке. За дролю можно было не волноваться. Там все понарошку, это у них игры такие. Мальчишеские. Любушка ей все объяснил.
Главное – сделать дело и унести ноги.
