– Предположить, ясное дело, можно.
Он произнес это с видимой неохотой, чувствуя, что бросает тень подозрения на людей, на которых работал. Алекс вспомнила, как накануне он огорчился из-за Ридова скакуна. Илий Коллинз был приятелем всех троих подозреваемых. Алекс вынуждала его сделать выбор между привычной добропорядочностью и преданностью людям, благодаря щедрости которых он мог позволить себе носить дорогие сапоги ручной работы. Задача неприятная, но необходимая.
Пора было уходить; она встала и протянула доктору руку. Он пожал ее, и Алекс попрощалась.
– Да, еще одно, доктор Коллинз. Вы не возражаете, если я взгляну на скальпель?
Он опешил.
– Ничуть, если бы он был у меня.
– У вас его нет?
– Нет.
– А ваша мама?..
– Она его так и не получила обратно.
– Даже после того, как Придурка Бада арестовали?
– Они с папой особенно и не настаивали, чтобы скальпель вернули, – после того, что было тем скальпелем сотворено.
– То есть он все еще где-то валяется?
– Мне неизвестно, что с ним произошло.
На ранчо Минтонов кипела работа. Команды уборщиков разбирали завалы обломков и увозили мусор. Пожарные инспекторы тщательно обследовали обугленные балки и обгоревшие провода, чтобы установить причину возгорания.
Вокруг дома гудели пескоструйные машины, счищая с каменных стен апокалиптические угрозы. Целая бригада обмеряла окна, готовясь вставлять стекла.
Рид был в гуще событий, выполняя одновременно самые разнообразные функции. Он был небрит и грязен; глядя на него, можно было подумать, что он собственноручно просеивал золу и пепел в поисках улик поджога. Выбившаяся из брюк рубаха была расстегнута, рукава закатаны. Простоволосый, на руках рабочие кожаные рукавицы.
Он заметил Алекс, выходящую из машины, но тут его отозвал пожарный инспектор.
– Не хотите ли взглянуть вот на это, шериф? Рид круто повернулся и пошел к сараю номер два. Алекс направилась за ним.
– Камень? Черт, камень-то какое отношение имеет к пожару? – услышала она вопрос Рида.
Пожарник, не снимая бейсбольной кепки с эмблемой «Хьюстон астрос», почесал в затылке.
– Сдается мне, пожар-то возник случайно. Тот, кто все это творил, использовал что-то наподобие пращи, когда выбивал окна и прочее.
– Как Давид, выступивший против Голиафа, – пробормотала Алекс. Рид, поджав губы, согласно кивнул. Пожарник сказал:
– По-моему, дело было так: камень этот, когда его пульнули, влетел в одну из отдушин на крыше конюшни и закоротил там проводку. Вот вам и причина пожара.
– Вы считаете, намеренного поджога не было? Инспектор насупился.
– Нет, что-то непохоже. Если б я затеял поджог, я бы бросил «коктейль Молотова» или пустил горящую стрелу. – Насупленность сменилась глуповатой ухмылкой. – Чего ж камнями-то бросаться?
Рид подкинул тяжелый булыжник на ладони.
– Спасибо.
Пожарник неторопливо зашагал прочь, а Рид сказал Алекс:
– Не вышло взять Пламмета за поджог.
День был не по-зимнему теплым, от Рида пахло потом и солью, по-своему даже приятно, Алекс нравился этот запах. Грудь его, особенно в верхней части, густо поросла волосами; к животу эта растительность сужалась до темной полоски, сбегавшей под ремень брюк. Подойдя поближе, она заметила, что волосы от пота повлажнели и закурчавились. Их завитки лежали на мышцах, торчали вокруг сосков, напрягшихся под холодным ветром.
Она скользила по нему внимательным взглядом, и у нее теплело в груди. Из-под растрепанных волос Рида выбежала капелька пота и скатилась на бровь. Алекс не удержалась от соблазна поймать ее кончиком пальца. Суточная щетина очень шла к его чумазому потному лицу.
Алекс с трудом заставила себя думать о деле.
– Вы арестовали Пламмета?
– Пытались, – ответил Рид. – Но он исчез.
– А его семья?
– Они все дома, сидят с чертовски виноватыми физиономиями, но делают вид, будто понятия не имеют, куда он подевался. Впрочем, это меня не сильно волнует. Далеко ему не уйти. Мы проверим всех его прихожан – по списку. Кто-то же его прячет. Ничего, рано или поздно найдется.
– Мне хотелось бы присутствовать, когда вы будете его допрашивать.
Он швырнул камень на землю.
– А вы-то что здесь делаете?
– Я приехала к Саре-Джо на чай. – Перехватив его удивленный взгляд, она сказала:
– Это была ее идея, не моя.
– Что ж, желаю повеселиться, – язвительно откликнулся он. И, повернувшись к ней спиной, неторопливо зашагал к сараю.
На крыльце дома, широко расставив ноги, стоял Ангус и наблюдал за бурной деятельностью вокруг. Подходя к нему, Алекс старалась не показать охватившего ее опасливого беспокойства. Она не знала, как ее теперь примут.
– А вы точны, – сказал он.
Значит, ему было известно, что ее ждут.
– Здравствуйте, Ангус.
– Пунктуальность – большое достоинство. Так же как и мужество. А этого у вас, барышня, не отнять. – Он одобрительно кивнул. – Вам потребовалось немалое мужество, чтобы снова здесь появиться. – Его прищуренные глаза смотрели на нее оценивающе. – В этом отношении вы очень похожи на свою мамочку. Она тоже была не робкого десятка.
– Правда?
Он хмыкнул.
– Я сколько раз видел, как она стояла на своем, не уступая этим двум оглоедам – Риду и Джуниору.
