— Нет, — прошептал варвар, — это не смех, а крик боли.
Крики вновь огласили лес.
— Вперед, малышка, посмотрим, что там, — сказал варвар своей лошади, и она перепрыгнула несколько кустов ежевики, вспугнув какую-то блестящую птицу. И тут Брэк услышал странный свистящий звук словно среди деревьев пронесся сильный ветер.
Лошадь Брэка рысью подскакала к зарослям, откуда доносился крик. Здесь деревья росли чрезвычайно густо, и Брэк едва мог видеть, что происходит в чаще. Когда же он рассмотрел открывавшуюся перед ним сцену, то расхохотался.
В воздухе вверх ногами висел человек, вокруг его лодыжки обвился конец гибкой ветки огромного раскидистого дерева, кора которого имела особый багровый оттенок. Серое одеяние человека показывало, что он священник культа Нестора.
Пойманный таким образом, священник дергался и изворачивался, как зверь в силке.
Его платье свисало, наподобие колокола, и лица не было видно. Брэк посмотрел на священника с отвращением.
— Вопли труса, — проворчал он, не тронутый страданиями несчастного.
Брэка порой ставила в тупик и даже пугала религиозная болтовня последователей неистового пастуха Нестора. Он плохо знал монахов этого культа. С несколькими, правда, варвар сталкивался, но все они показались ему пустыми людьми. А этот еще и вопит, и дергается. Впрочем, всегда есть исключения. Еще Брзк отметил, что несторианцы носят подштанники.
Монах был не один. Под деревом кто-то стоял и изо всех сил тянул Несторианца вниз. Это была женщина, скорее всего молодая. Одета она была в грубую цветастую юбку и блузку. На шее блестело ожерелье из зеленых камешков. Ее растрепанные волосы отливали ярко-рыжим цветом. И еще Брэк увидел нечто необычное. Дерево, на котором висел монах, — о боги! — оно дышало.
Там, где три главные ветви отходили от ствола, зияла дыра. Клейкая пасть открывалась и закрывалась, всасывая воздух беззубой пастью, отчего и казалось, что дует сильный ветер.
Щупальцеобразная ветка обвилась вокруг лодыжки монаха и извивалась и корчилась так, словно дерево старалось бросить священника в свою утробу, чтобы проглотить.
Внезапно похолодев, Брэк пришпорил лошадь. Развязав слабый узел перевязи, и выхватив широкий меч, Брэк бросился к дереву.
Женщина повернулась и увидела подоспевшую помощь.
Молодая, с сильно накрашенным лицом, она бешено кричала и жестикулировала. А монах продолжал выть. Брэк увидел, что на дереве висят блестящие, черные, как эбонит, шаровидные плоды.
Утроба дерева открывалась и закрывалась, издавая громкий свист.
Вдруг по ноге монаха потекло что-то красное, блестящее на солнце.
— Отойди, женщина, — закричал Брзк, подбегая. — Я отрублю ветку.
Он высоко поднял меч, взявшись за рукоять двумя руками. Девушка отпрянула в сторону, чтобы не мешать. На секунду Брэк почувствовал сладкий запах дешевых духов.
Рев дерева усилился и, казалось, стал свирепым. Из-под нависшего колокола платья монах вскрикивал, делая небольшие паузы. Струйка крови дотекла до его колена и закапала по бедру к подштанникам.
— Береги руки! — завизжала девушка.
Но Брэк не понял, что она имела в виду, пока что-то шершавое, извивающееся не стукнуло его в грудь и в мгновение ока не обвилось вокруг горла.
Щупальце сжималось все плотнее.
Брэк яростно зарычал. Уперевшись ногами в землю, он силился разомкнуть захват. От напряжения и боли перед глазами Брэка все поплыло.
Не видя ничего, он рубил ветку мечом. Клинок соскальзывал с грубой коры.
Но варвар бешено рубил мечем направо и налево.
Неожиданно щупальце хрустнуло.
Дерево яростно завопило, гневный вой перешел в визг. Брэк отпрянул от еще двух щупалец, потянувшихся к его лицу. Одно из них расцарапало ему щеку, но варвар сумел увернуться. Из конца отрубленного щупальца вытекала отвратительная коричневая жижа, однако оно не ослабило хватку.
Выделявшаяся жидкость распространяла вонь. Варвар отбросил меч и стал разрывать щупальце руками. Он не мог остановиться. Невыносимое отвращение заставило его удесятерить усилия.
Наконец Брэк разжал щупальце. Под корой чувствовалось что-то живое, мускулистое. Брэк отбросил щупальце на землю, наступил на него ногой, затем пинком отшвырнул его, как недобитую змею. Тяжело дыша, Брэк наклонился за мечом, когда еще одно, а то и два щупальца ударили его в плечо.
— Что за чертово дерево? — прокричал он.
— Ведьмина яблоня, — крикнула девушка в ответ. — Я путешествую с монахом. Мы слишком близко подошли к дереву.
Монах все еще выл, словно заглянул в двери ада. «Странно он ведет себя, не как подобает мужчине», — подумал Брэк.
Еще одно щупальце обхватило монаха за тощую талию и медленно стало подтягивать все ближе и ближе к своей пасти.
Ярость берсерка охватила Брэка. Он бросился на дерево с мечом и крушил его, пока не почувствовал гнилой запах жижи, закапавшей из рассеченных веток.
Брэк отрубил оба щупальца, державших монаха, и тот рухнул на землю, чуть не разбив себе череп о большой камень.
Монах перевернулся и высвободил из запутавшейся одежды лысеющую голову. Он на карачках пополз прочь от дьявольской яблони.
