— …Вуду. Настоящий унган, без всяких там! Мы с фотографом, когда приехали вместе со следственно-оперативной группой, то просто обалдели, — продолжал жужжать еле различимый под грохотом колонок неуемный болтун. — А пляски у вудуистов вот как сейчас прыгают, в это время в них духи вселяются.
— Ну, ты, дружище, заплел мне все мозги в косу, — честно признался Макс. — Тебе самому-то эта жуть не снится?
— Почему, ты думаешь, я тут сижу? — вопросом на вопрос ответил Лядов.
— То есть ты из-за своей газетной работы ночью спать не можешь? Вредная работа. — Максу показалось, что на стеклах очков он различил полыхающий отблеск сумасшедшинки.
— Профессия журналиста входит в группу риска! — похвастался Лядов.
Заглянув еще раз в голубые навыкате глаза, Макс понял, что его собеседник безумен.
— Пойду полью каменный цветок. — Он ощутил острую необходимость стряхнуть с ушей навешанную за вечер лапшу.
— Чего? — осекся в недоумении Лядов.
— В туалет надо, пиво просится наружу. Ты посторожи пока мое место, чтобы не заняли, ага?
— Я тоже схожу. — Кряхтя, Лядов сполз с табурета.
Вечер, незаметно переваливший за полночь, был в самом разгаре. Мигали разноцветные огни, «Думпс! Думпс! Думпс!» — била по ушам музыка, на танцполе было не протолкнуться. Макс попытался разглядеть Майю, но, конечно же, не заметил. Они с Лядовым добрались до двери, с трудом вписались в искривленный проем.
В коридоре сделалось тише и свежее. Ноздри слегка щипало от перцового газа. Вдалеке охрана лениво колотила тщедушного волосатика, вынося на кулаках прочь из заведения, а тот кривлялся и пробовал дать сдачи. Возле сортира тусовались азербайджанцы всех оттенков кожи.
В туалете было на удивление чисто. Писсуары оказались не авангардной, а вполне классической формы, так что даже пьяные гости не имели оправдания промахнуться.
Сделав дело, Макс почувствовал, как на поясе завибрировал мобильник.
— Вот и до меня кто-то добрался, — сказал он Лядову, доставая из чехла телефон.
«Встречаемся на выходе:-)», — пришла эсэмэска от Майи. Очевидно, фраза была заранее вбита в память, оставалось только нажать комбинацию клавиш.
— Извини, — сказал Макс Лядову. — Мне пора.
Клубный болтун хотел возразить, но вместо этого непроизвольно зевнул и зажмурился. Тут же из кабинки высунулась огромная волосатая рука и втащила его внутрь. Дверца захлопнулась. Из кабинки донесся писк Лядова и гортанный голос, произносящий страстные слова на клекочущем кавказском наречии.
Макс поспешил вон.
В вестибюле он подругу не встретил, забрал в гардеробе куртку и выскочил на улицу. Майя что-то обсуждала с херувимом, показывая пальцем то направо, то налево. Кавалер пытался уследить за ее жестами и предложить свое осмысленное толкование, но не успевал. Спускаясь с крыльца, Макс радушно всплеснул руками, привлекая к себе внимание, чтобы не напугать херувима неожиданным появлением.
— А, вот где ты! — воскликнул он, с восторгом глядя на Майю. — Весь вечер тебя искал. Ну что, домой?
— Домой, милый, — проворковала Майя, беря Макса под руку, и помахала бывшему кавалеру пальчиками. — Пока, Вася!
Если бы у херувима были крылья, они бы поникли, а нимб угас. Он все понял, жалобно вздохнул и безропотно поплелся в сторону метро.
— Надеюсь, у него в кармане были жетоны, а не монеты, — негромко пробормотала Майя. — Впрочем, ему до дому всего час идти.
Они двинулись в обратном направлении по боковой улочке возле клуба, на которой стояли киоски со всякой всячиной, чтобы как можно быстрее удалиться от незадачливого поклонника.
— Мы действительно домой или поход не закончен? — поинтересовался Макс.
— Закончен, — сказала Майя. — И лучше мне в этом клубе пока не появляться.
— Ну и не будем, у меня сразу к нему душа не лежала. Стремное какое-то заведение, все время гляди в оба и не зевай, а кому такое понравится?
Макс, которому выпитого за вечер пива показалось мало, потянул Майю к ларьку.
— Три «Старого тельника» и пакет, — сказал он зачарованно глядящей на него продавщице.
Девушка медленно кивнула и полезла за бутылками. Макс вручил ей сотенную купюру. Продавщица долго таращилась на нее, затем сообразила, посчитала на калькуляторе и отвернулась к кассе, стоящей в глубине ларька.
Пока она возилась, Макс убрал бутылки в новоприобретенную сумку.
— Вот, — выложила продавщица сдачу и с недоумением посмотрела на пустой прилавок. — А я вам пиво давала?
— Нет, — сказал Макс.
— Ага, сейчас. — Девушка нырнула за бутылками.
Макс убрал деньги.
— Кстати, — напомнил он, когда продавщица выставила три «Тельника». — Вы мне еще сдачу должны.
— Сейчас. — Пока она крутилась у кассы, Макс поспешно сунул Майе пиво. Возиться с запихиванием в пакет он не решился.
— Вот, пожалуйста.
Макс взял протянутую сдачу и потребовал:
— А пиво?
— Пиво? Извините, — пробормотала девушка, окинув взглядом пустой прилавок. Взгляд у нее тоже был пустой. Бутылки, впрочем, появились без задержки. — Еще что?
— Еще вы мне хотели сдачу дать, — нашелся Макс.
— Точно.
Когда девушка отвернулась к кассе, Майя громко шепнула:
— Хорош, завязывай! В мешке уже места нет!
