— У тебя планка минимального наполнения магической энергией такая, что на трех магов средней руки хватило бы, — проворчал Кант, — А ты выбухала на эту псину все до капли. Если бы ты не очнулась, через пару минут тут уже три тела валялось бы. Мне вот интересно, — задумчиво добавил он, — Сколько магов нужно выкачать до донышка, чтобы полностью заполнить твой ресурс. Мы ведь только из комы тебя вытащили, а сами чуть не вырубились.
— Стой, — встрепенулась я, — А почему же у меня тогда с Шетой ничего не вышло?
— Она не оборотень, — пожал плечами Зантар, — Наверное, ты с твоей силищей только оборотней лечить и можешь, — и добавил, хихикнув, — от всего на свете, талантливая ты наша.
И тут до меня дошло.
— Я… я вас различаю… — близнецы переглянулись, — Вы разные… изнутри… я теперь это вижу.
— Мы же эльфы, — удивленно посмотрел на меня Кант, — а ты, вроде, должна видеть только оборотней.
— Нет, Кант, — он вздрогнул, — вас я вижу тоже. Значит… Может, я смогу помочь Шете? Теперь… когда научилась. Мы должны пойти в Библиотеку!
— Нет! — хором взвыли все трое.
— Но почему?!
— Не сейчас, Елена, — ответил Грэм, — тебе понадобится время, чтобы восстановить свой запас сил полностью. Тебе ведь снова придется столкнуться с безумием. А ты пока слишком слаба.
Мне показалось, что он что-то недоговаривает. Я наконец-то, сообразила посмотреть на почти прикрытое шторами окно, за которым уже вовсю сияло солнце.
— Который час?! — завопила я, — Сколько я была в отключке?!
— Часа три, — виновато вздохнул Зантар, — Мы не сразу поняли, что тебе нужно просто влить такое аховое количество силы. Когда первый раз не помогло, мы испугались, что тут дело в другом. Это потом Грэм попытался тебя трансформировать, и когда не смог, определил, что ты еще не восстановилась.
— Что там случилось?! — потребовала я ответа, — Не верю, что за это время Рената и Син ничего вам не сообщили! Что с Шетой?!
Ответом мне было скорбное молчание.
— Говорите!
— Может, кофе попьем? — пряча от меня глаза, спросил Кант и с трудом поднялся, — Помогает при восстановлении. Проверили уже.
— Действительно, — Грэм аккуратно ссадил меня со своих коленей и тоже поднялся.
При этом он продолжал меня поддерживать, словно я собиралась упасть на ровном месте. А я чувствовала себя вполне нормально. Не прекрасно, конечно, бывало и получше, но, то, что со мной происходило, не было слабостью. Так, легкое утомление.
Кант помог брату встать, и они, цепляясь за стеночку, поплелись на кухню.
— Я так понимаю, разговор предстоит долгий и безрадостный, — вздохнула я, предчувствуя плохие новости.
Когда кофе был готов, я узнала о трагедии произошедшей этой ночью в Библиотеке. Я сама удивилась тому, какой всплеск патриотизма вызвала у меня эта новость. Не уже ли я стала настолько оборотнем, что предана уже не только своему волку, но и всему их народу?! Странное ощущение. А может, все дело в том, что Грэм тоже очень переживал по этому поводу. Я чувствовала, что он душой рвется в горный Карталисс, чтобы лично переловить всех предателей. Слава Богу, что у него есть приказ привести меня, а сделать этого он пока не может.
— А что, все-таки с Шетой? — спросила я, видя, что они старательно избегают этой темы.
— С Шетой… — близнецы переглянулись, — Ну… физически все в порядке.
— Физически? — переспросила я.
— Ну, да. Когда ее принесли к Эвриду в бессознательном состоянии, старый вояка, недолго думая, просто отрубил ей голову.
— Что?! — мне стало дурно.
— Это ты здесь и сейчас так реагируешь, — хихикнул Зантар, — а ты представь, что с Марком было, когда это у него на глазах произошло. Марта говорит, он чуть голыми руками старика не придушил.
— Вы что, издеваетесь? — вызверилась я.
— Она ни разу не видела, — пояснил непонятно что близнецам Грэм.
— Не видела чего?! — заорала я.
— Как работает магия Серебряной леди, — пояснил Кант, — Она защищает от насильственной смерти. Убитый тут же вываливается из портрета в галерее, излечившись от ран. От физических ран.
— Это что, со всеми так? — мне в голову закралось нехорошее подозрение.
— Только с теми, кого нарисовала Марта. Это и есть ее защита.
— Значит, я совершенно напрасно здесь выкладывалась? Грэм умер бы и снова возродился в Библиотеке?
— Грэм умирал не от насильственной смерти. Бешенство естественно для оборотней. Он не возродился бы.
— Так убили бы! Он бы потом как новенький вернулся!
— Нет, — покачал головой Кант, — Ты не понимаешь. Грэм был болен естественной болезнью оборотней — бешенством. Он и вернулся бы с ней. В лучшем случае можно было предположить, что он излечится от влияния Белого Огня, но его бы это не спасло. К тому же после Шеты и этого уже нельзя утверждать.
— Да что там с Шетой, в конце концов?!
