Сокровище полностью

– Со мной все в порядке, – повторяет он, повернувшись к дому, и от его вида у меня разрывается сердце, потому что он совершенно разбит. Ощущение такое, будто у него все болит. Но я ничем не могу ему помочь, и нет таких слов, от которых ему стало бы легче.

Я поворачиваюсь к нашим друзьям, у которых на лицах написана тревога и которые либо не сводят с Хадсона глаз, либо, напротив, стараются не смотреть на него. Джексон отстает на несколько шагов, чтобы шагать сразу за братом, и видно, что он готов подхватить его, если тот упадет.

Остальные, видимо, решают, что лучше оставить его в покое, только Мэйси подходит к нему и берет его за руку.

– Со мной все в порядке, – говорит он в третий раз, бросив на нее взгляд.

– Ага, со мной тоже, – отвечает она, продолжая держать его руку, и он не пытается высвободить ее.

– В чем дело? – шепчет Джексон, повернувшись к мне, но я только пожимаю плечами. Отношения Хадсона с Дымкой слишком сложны, чтобы можно было описать их в нескольких словах, и сейчас, когда он в таком состоянии, я не могу пускаться в объяснения.

– Потом, – шепчу я в ответ, затем обвиваю рукой талию Хадсона и крепко сжимаю ее, пока мы идем к дому Арнста и Мароли.

Солнце стоит высоко, значит, они, вероятно, еще работают где-то в полях. Возможно, нам придется отправиться на их поиски, но сначала лучше поискать их в доме.

Тем более что, приблизившись к нему, мы видим Тиолу, которая спускается по ступенькам крыльца. На спине она несет рюкзак, в руке держит ведро, и за ней следует несколько умбр-кошек.

Она смотрит на них, разговаривает с ними и бросает им лакомства, которые они тут же съедают. Только закончив их кормить, она наконец поднимает глаза.

Когда она видит Хадсона, то потрясенно раскрывает рот. Затем, радостно взвизгнув, бежит ему навстречу.

– Хадсон! – вопит она. – Хадсон, Хадсон, Хадсон!

Ее энтузиазм вызывает у него улыбку – хотя мне казалось, что сейчас это невозможно. Он бросается к ней и падает на колени, чтобы она смогла обнять его.

Она с воодушевлением обхватывает руками его шею и визжит так, будто ей только что преподнесли лучший подарок за всю ее жизнь.

– Мама и папа говорили, что мы никогда тебя больше не увидим, но я знала, знала, что ты вернешься!

– Что ж, ты была права, – отвечает он, и его британский акцент кажется заметнее, чем обычно. Это верный знак того, что он очень взволнован.

– Я знала, что я права. Пойдем, пойдем, надо сообщить маме! – Она хватает его за руки и пытается заставить его встать.

– Безусловно, – соглашается он. – Но я сначала представлю тебя моим друзьям

– Конечно! – визжит она, захлопав в ладоши. Затем она смотрит на меня и говорит: – Меня зовут Тиола! Я так рада познакомиться с тобой!

Я открываю рот, чтобы сказать, что это я, Грейс. И тут у меня обрывается все внутри. Мы с Хадсоном гадали, перезапустилась ли наша временная линия, когда мы покинули Норомар. Стрела времени, пронзившая меня, вроде бы поразила и его. Но Тиола помнит Хадсона, а меня нет… значит, только моя временная линия изменилась.

Если учесть, что я утратила воспоминания о Мире Теней, а Хадсон – нет, сейчас кажется глупым, что мы не подумали об этом. Это логично. И все же мне хочется сесть на землю и зареветь. Почему-то мне казалось, что раз воспоминания вернулись ко мне, значит, моя временная линия не изменилась. Но оказалось, что это не так. Как же это скверно.

Я наконец вспомнила все, что произошло в Норомаре, – и всех замечательных, чудесных людей, с которыми я познакомилась здесь. Но никто из них меня не вспомнит.

Как не помнит меня эта девочка, с которой я вместе гуляла, пекла печенье и которой на ночь читала сказки.

Кауимхи, Луми, Тиниати – так странно сознавать, что все они дороги мне, что я беспокоюсь о них, думаю о них, а они даже не знают, кто я такая. Даже Арнст и Мароли, которые приютили нас в своем доме и так нам помогли, не узнают меня, как не узнала Тиола.

– Я Грейс, – говорю я ей, пожимая ее фиолетовую ручку со всем уважением, которого заслуживает эта встреча.

– Я очень рада с тобой познакомиться, – отвечает она нараспев. – У тебя красивые волосы.

– Спасибо. Твои волосы тоже очень красивые.

– Да, они красивые. – Она улыбается и качает головой. – Так мне говорит мама.

– Твоя мама права, – говорит Хезер, наклонившись, чтобы ее глаза оказались на одном уровне с глазами Тиолы. – Меня зовут Хезер.

– Ты обыкновенный человек! – У Тиолы округляются глаза, она хлопает в ладоши. – Я всегда хотела познакомиться с обыкновенным человеком!

Эти слова так похожи на то, что она когда-то сказала мне, что у меня щемит сердце. Похоже, Хезер очарована ей, и они болтают несколько секунд, после чего Тиола начинает знакомиться с Флинтом.

Она не торопясь знакомится со всеми по очереди, и, когда доходит до конца – и пожимает руку Джексону, – ее рюкзак громко воркует.

Громко и знакомо.

– Тиола. – Хадсон произносит ее имя тоном человека, которому страшно надеяться. – Кто у тебя в рюкзаке?