Альтиметр показывал уже менее двухсот метров. Ибарра пошел на риск и открыл дроссельные заслонки на трех оставшихся двигателях. Это был бесполезный жест, рожденный отчаянием. Так двигатели быстрее сожгут последние галлоны топлива, а значит, и смерть придет скорее. Но в тот момент Ибарра не думал о логике. Он просто не мог сидеть и ничего не делать. Он чувствовал, что напоследок должен что-то предпринять, пусть даже на несколько минут ускорив собственную гибель.
Прошло еще пять томительных минут. Черное, зловещее море приближалось, чтобы поглотить самолет.
— Вижу огни! — вдруг завопил Рабин. — Прямо по курсу!
Ибарра растерянно моргнул и прищурился, глядя вперед.
— Это корабль! — закричал он. — Я вижу корабль!
Спустя мгновение самолет с ревом пролетел над «Полярным исследователем», едва не сбив его мачту, до которой оставалось меньше десяти метров.
Экипаж ледокола был предупрежден о приближении самолета показаниями радара. Когда авиалайнер с леденящим душу ревом пронесся над судном на запад в сторону побережья Гренландии, люди, стоявшие на мостике, инстинктивно втянули головы в плечи.
Грохот наполнил каюту исследователей. Найт ринулся на мостик, Питт и Джордино от него не отставали. Никто из офицеров, находящихся в рубке, даже не обернулся, когда в помещение ворвался капитан. Все внимательно следили за удаляющимся самолетом.
— Что, черт возьми, это было? — спросил Найт у вахтенного офицера.
— Неизвестный самолет едва не протаранил корабль, капитан.
— Военный?
— Нет, сэр. Я успел рассмотреть крылья, когда он летел. Там не было никаких опознавательных знаков.
— Самолет-шпион?
— Сомневаюсь, сэр. Во всех иллюминаторах горел свет.
— Возможно, это коммерческий авиалайнер? — подал голос Джордино.
На лице Найта явственно проступило раздражение. «Откуда взялся этот чертов самолет, подвергший риску мой корабль? — думал он. — И что он вообще здесь делает? Отсюда до коммерческих путей много сотен миль!»
— Он теряет высоту, — сказал Питт, не спуская глаз с удаляющихся огней. — Я бы сказал, он падает.
— Да поможет Бог этим несчастным, если они собираются в кромешной тьме сесть на воду.
— Странно, но посадочные огни не включены.
— Все это действительно очень странно, — сказал вахтенный офицер. — Если бы у летчиков были серьезные проблемы, они бы уже давно передачи сигнал бедствия. А мы ничего не принимали.
— Вы пытались вызвать их по радио? — спросил Найт.
— Да, сразу как только самолет появился на экране радара. Ответа не последовало.
Найт подошел к окну и несколько секунд стоял, глядя в темноту и барабаня пальцами по стеклу. Затем он обернулся к вахтенному офицеру:
— Следуйте прежним курсом. Продолжаем выполнение программы исследований.
Питт взглянул на капитана:
— Я понимаю ваше решение, но не могу сказать, что приветствую его.
— Вы находитесь на военном корабле, мистер Питт, — сухо сказал Найт. — Мы не береговая охрана. И мы выполняем задание первостепенной важности.
— Но на борту этого самолета могут быть женщины и дети.
— Почему вы считаете, что они в опасности? Самолет в воздухе. И если «Полярный исследователь» для них единственный шанс на спасение в этой части света, почему мы не слышали сигналов бедствия? Не было даже попыток передачи сигнала посадочными огнями. В общем, у меня нет оснований считать, что на борту проблемы. Ты сам летчик. Скажи, почему, если пилот в беде, он не сделал круг над кораблем?
— Возможно, он пытается приземлиться.
— Прошу прощения, капитан, — вмешался вахтенный офицер, — забыл упомянуть, что закрылки были опущены для посадки.
— Это ничего не значит. — Найт, судя по всему, решил проявить упорство.
— К дьяволу сострадание, полный вперед! — холодно проговорил Питт. — Вы забыли, капитан, что сейчас не война. Лично я не хотел бы прожить всю оставшуюся жизнь с сознанием того, что люди погибли только потому, что я сидел сложа руки. Думаю, военно-морской флот вполне может позволить себе израсходовать несколько лишних галлонов топлива, чтобы выяснить, что случилось.
Найт кивнул головой в сторону пустой штурманской рубки, приглашая Питта и Джордино следовать за ним, и, как только они вошли, закрыл дверь.
— Мы выполняем миссию чрезвычайной важности, — спокойно проговорил он. — Если изменим курс, русские заподозрят, что мы обнаружили их субмарину, и пожалуют следом за нами в этот район.
— Что ж, — не стал спорить Питт, — это весомый аргумент. Но можно и не привлекать их внимания, задействовав в игре только меня и Джордино.
— Что вы предлагаете?
— Мы возьмем вертолет НУМА, тот, что стоит на кормовой палубе, вы дадите нам медиков и пару крепких парней, и мы отправимся следом за самолетом, в то время как «Полярный исследователь» будет продолжать утюжить район поисков.
— А русские? Какие выводы сделают их аналитики?
— Они решат, что это совпадение. Но если самолет все-таки разобьется, а я, конечно, надеюсь, что этого не случится, у вас будут законные основания изменить курс, чтобы начать спасательную операцию. Потом мы возобновим поисковые работы с того же места, где их прервали, и русские ничего не заподозрят.
