Это яркий образчик социально-психологического романа с детективным уклоном, своими корнями уходящий к традиционной английской литературе XIX века с его многословностью, британской смесью наивности и порядочности и не менее британской разновидностью злодея.
Данный роман и следует читать как анахронизм, так как собственно загадки здесь никакой нет, а повествование строится на том, спасется ли положительный герой от козней отрицательного. Очень много внимания уделяется типичному противопоставлению искренности и притворства, простоты и властности, новых веяний и твердокаменного снобизма знати, особенно ее пожилых представителей, мыслящих категориями кэрролловской Королевы: «Снести им головы!» (Один из детективных романов Найо Марш так и назывался.) Можно даже сказать, что тщеславие здесь клеймится строже, чем человекоубийство.
Английский герой должен быть безупречен в вопросах морали, поэтому читателю дается много, казалось бы, излишних пояснений. Мы не можем узнать о готовящемся браке мисс Кары без того, чтобы не получить подробных объяснений, почему полковник Гартлинг читал дневники своего брата; более того, почему он их должен был прочесть. Все разыгрывается по вполне определенным правилам, а правила у англичан найдутся на все случаи жизни.
В «Беневентах» скрыта не только «История Тома Джонса»
Филдинга, но и «Крэнфорд» Элизабет Гэскелл. Большая часть информации передается посредством сплетен или частных бесед, непонятно чем от сплетен отличающихся. Отношение к сплетням у англичан двойственное, если смотреть сторонним взглядом. Полностью презреть их они не могут, поскольку знаменитый small talk состоит из сплетен более, чем наполовину. Наша очень даже приличная знакомая мисс Силвер, оказывается, тоже имеет слабинку в этой области: как мы узнаем, «она очень любила сообщать, как бы между прочим, какую-нибудь шокирующую новость».
Еще в романе присутствует что-то, напоминающее «Собаку Баскервилей» с ужасами из прошлого, и ночными хождениями, но, поскольку опять-таки мы читаем повествование почти исключительно про женщин, теперешнему читателю все это не так страшно. Поэтому скорее всего более правильным было бы охарактеризовать «Сокровище Беневентов» как пост-готический роман с типичным готическим убийцей.
Вышел в Англии в 1954 году.
Перевод Л. Беляевой под редакцией М.Макаровой выполнен специально для настоящего издания и публикуется впервые.
А.Астапенков
Скальный карниз был всего дюймов в шесть шириной, пальцы ног Кандиды упирались в камень. Левой рукой она вцепилась в крохотный выступ примерно на уровне головы, а правой осторожно ощупывала скалу — насколько могла дотянуться. Похоже, там ухватиться было не за что, но она все равно продолжала поиск. В конце концов, оставалась еще та неглубокая трещина, которую она отвергла — за нее с трудом можно было зацепиться лишь кончиками пальцев. Это не помогло бы продвинуться вперед, но хотя бы позволило дать отдых пальцам левой руки. Она пыталась придумать, что еще можно сделать.
Собственно говоря, вариантов было не так уж много.
Если быть абсолютно честной — хотя бы с собой — их вообще не было, вариантов… Она забралась так далеко, как только могла, и теперь была не в состоянии сдвинуться хотя бы еще на дюйм. Подняв голову, она даже видела карниз, до которого надеялась добраться. Точнее, откос скалы, подпирающий карниз подобно огромному контрфорсу и преграждающий ей путь. Миновать его было невозможно — разве что превратиться в мотылька или муху, которая, как известно, без труда ходит по потолку. Кандида запретила себе смотреть вниз, на берег — это было бы непростительной глупостью.
Но, даже не оглядываясь, она прекрасно знала, что откроется ее взгляду: черные изломанные скалы и кипящие волны прибоя. Если бы море здесь было достаточно глубоким, Кандида без раздумий спрыгнула бы и, выплыв, поискала более подходящее место для подъема, но прежде не мешало бы убедиться в том, что над скалами уже вполне достаточно воды… Надо искать другой выход и побыстрее.
Забавно все-таки. Снизу этот карниз вовсе не казался таким уж труднодоступным. И отвес выглядел совсем по-другому. Кандида не сомневалась, что запросто до него доберется, и лезть вверх было даже интересно — до того момента, пока все опоры для рук и ног не исчезли, а отвес скалы не распростерся над головой, словно козырек.
Итак, она не может двигаться вперед и нет никакого смысла возвращаться назад. Она даже не знала, сколько ей удалось одолеть: двадцать футов, тридцать или сорок… В любом случае, она долго искала подходящее для подъема место и выбрала самое лучшее. Что же касается спуска, всем известно, что даже по знакомому пути спускаться намного сложнее, чем подниматься.
