Темноволосая Зарина поглядела на девочку… подхватила оставленные Геной лук и колчан со стрелами – и кинулась следом.
– Нормальные люди покупают билет, смотрят экспозицию… Одни мы – если в музей – так обязательно ночью, в темноте и с каким-нибудь преступлением! – в очередной раз за эту безумную ночь проносясь по залам, прокричала Мурка сестре. – Или это у нас просто музей такой ненормальный?
– Ну мы же на самом деле не знаем, что по ночам в Эрмитаже делается, – бросила в ответ Кисонька, перепрыгивая через так и валяющееся после боя с престарелой ямакаси копье. За ней прыгнула Зарина. На плече у темноволосой висел лук – даже на бегу Кисонька успела оценить, насколько оружие подходило к ее наряду. До чего все-таки стильная девушка! Даже странно, что ей так понравился их Младший Служащий! Может, они Саляма недооценивают?
Грохочущий не снятой кирасой Салям споткнулся, выругался, поднял копье с пола и, не зная, куда его девать, так и побежал дальше, не выпуская экспонат из рук. Их компания вывалила на гранитные ступеньки. Рванула вниз, прямо к подъезжающей машине.
Обалделый шофер Володя увидел, как стремительно распахнулась задняя дверь «Мерседеса»… и на сиденье заскочила вооруженная луком девушка! И принялась торопливо открывать оба боковых стекла. Тут же в отверстие просунулось длиннющее копье – а следом на заднее сиденье пролез нахлобучивающий каску рыцарь!
– Гони, Володенька, гони! – запрыгивая вдвоем на переднее, заверещали близняшки.
– Что, опять? – застонал Володя. – Опять погоня? Снова стрелять будут? Да что ж вы за дети такие! – И нажал на газ. Машина отъехала от музея и, ускоряясь, помчалась по проспекту. Протянутое между задними окнами копье тускло поблескивало наконечником в свете редких фонарей.
Дубовая дверь музея снова распахнулась – и на гранитные ступеньки вылетел толстяк в милицейской форме. Увидев, как мелькнули вдалеке габаритные огни «Мерседеса», в досаде взмахнул резиновой дубинкой, выругался – и побежал вслед по пустому проспекту.
– Но мы же закрыли этот подвал! Еще когда офис в порядок приводили! В нем воды было полно! – клацая зубами, выдавил Сева, изумленно разглядывая сложенные из крупных камней стены, от которых тянуло влажным холодом. Разглядывание, впрочем, не помешало ему быстро и аккуратно прикрыть за собой люк в потолке подвала. Наверху, в оставленной ребятами рабочей комнате уже слышались тяжелые шаги.
– Воду я откачал, – отрывисто бросил Вадька, направляясь к возвышающемуся посреди забетонированного пола странному сооружению. – Два садовых насоса, шланг… Катька, помоги! – Не договорив, он принялся срывать окутывающую сооружение плотную термопленку. Катька ухватилась за другой конец прозрачного покрытия.
– А это все откуда? – ахнул Сева, увидев появляющиеся из-под пленки угловатые контуры мониторов и такую же, как в рабочей комнате, панель управления. От компьютеров по стенам тянулись новехонькие разноцветные провода. Пестрой сеткой, похожей на шапочку поэтессы Раймунды, они пересекали потолок подвала и утягивались наверх – в рабочую комнату.
– Ты мне деньги на новые компьютеры выделял? – задал встречный вопрос Вадька, плюхаясь на стоящий перед панелью стул и торопливо щелкая кнопками.
– Но я думал, ты старые просто списал. Ты же говорил, они устарели, – пробормотал Сева, глядя, как стремительно оживают мониторы.
– Устарели, конечно, но ведь работают, – пожал плечами Вадька. – После того, как мы ядерные ракеты по старым советским подземным бункерам искали, я подумал – а неплохо бы и себе что-нибудь такое… подземное завести. На всякий случай.
– Как ты думаешь, почему у нас именно Вадька – шеф агентства? – гордо спросила Катька. – Потому что он самый предусмотрительный и самый умный…
Все-таки хорошая у него сестра, чувствуя, как на глаза чуть не слезы наворачиваются, умиленно подумал Вадька. Он всегда будет ее любить и беречь!
– …после Евлампия Харлампиевича, конечно! – добавила Катька.
Если не свернет ей шею прямо сейчас! И ее проклятому гусю тоже – вот только для дела его использует, и сразу же! Вадька пробежался по клавишам. На экранах появилось трехмерное изображение рабочей комнаты и парадного офиса. На нем слабо светились невесть что помечающие алые точки.
На мониторе видно было, как в оставленной рабочей комнате двое в черном переглянулись. Мерно ступая, направились к единственному обнаруженному ими живому существу – восседающему на панели управления Евлампию Харлампиевичу. Замершая за спиной у брата Катька прикусила губу и нервно засопела.
Пришельцы, до ужаса похожие на страшных назгулов из «Властелина колец», наступали на гуся.
В подвале Вадька будто пианист-виртуоз (или хакер– универсал) пробежал пальцами по кнопкам клавиатуры. Вдоль висящей на мониторе трехмерной модели потянулись тонкие разноцветные линии. Для сидящих в подвале пол рабочей комнаты оказался словно заткан многоцветным ковром тонких светящихся лучей.
