— «Факт», — передразнил его Петрушевский. — Лучше не накаркай. Что, если преступник опытный? Тогда проблем с ним не оберешься.
— Надейтесь на лучшее, — подал голос водитель. — Может, он и опытный, да и вы не промах. Недаром вас считают лучшей командой. И я, чем могу, подсоблю.
Машина подъехала к скупке. Возле магазина, располагавшегося на первом этаже старинного здания, никого не было.
— Это нам на руку, — заключил Анатолий. — Слушай, Вадик, подожди нас с Сарчуком где-нибудь поодаль, хотя бы за тем деревом. Преступнику может показаться странным, что к скупщику прибыли сразу три человека. Еще, чего доброго, побоится заходить.
— Слушаюсь, товарищ начальник! — Вадик включил зажигание, а Виктор и Анатолий открыли скрипучую дверь. Так называемый ломбард представлял собой маленькую комнатенку, тускло освещенную крошечной лампочкой. Пожилой еврей с крючковатым носом сидел за конторкой и рассматривал кольцо в огромную лупу.
— Доброе утро, Марк Израилевич, — проговорил Петрушевский. Он прекрасно знал этого человека. Милиция привлекала всех работников скупок, которые часто помогали в поимке преступников. Марк Израилевич не был исключением. Еврей оторвался от созерцания драгоценности и взглянул на вошедших. Его худое, обросшее седой щетиной лицо озарилось улыбкой, которую даже с натяжкой нельзя было назвать доброжелательной — скорее покорной. Глаза выражали всю скорбь его многострадального народа.
— О, товарищ начальник, наше вам с кисточкой! Быстренько же вы приехали!
— По-моему, мы всегда славились оперативностью, — парировал Петрушевский. — Но давайте сейчас не о нас. Лучше расскажите, что за фрукт сдал вам серьгу из гарнитура Поляковой. Пожилой? Средних лет?
Левинсон покачал дынеобразной головой:
— О нет, товарищ начальник, совсем молодой парнишка, прилично одетый. Он не произвел на меня впечатление преступника. Скорее студент, которому вдруг понадобились деньги.
— Может быть, он и студент, — согласился следователь, — только не из приличных, это уж точно. Вы поинтересовались, где он взял такую драгоценность и почему серьга всего одна?
Еврей хитро подмигнул:
— Чтобы старый Марк да этого не сделал? Вы же прекрасно понимаете, товарищ начальник, что мне таки не нужны неприятности. Разумеется, я спросил парнишку, откуда такое сокровище. Угадаете, что он ответил? — Черные глазки светились ехидством.
