Я немного смутилась. Когда мы стали жить вместе, жилищу нелюдимого холостяка пришлось претерпеть кое-какие изменения. Здесь стало больше мебели, теплых ковров и разных уютных мелочей, без которых я не представляла свою жизнь. Но Арс благородно разрешал мне творить тут все, что угодно. Потому что любил.
– Уау! – подал голос Лих и запрыгнул на стол. Пушистый бок красноречиво задел стоявшую там корзинку.
– Мне нужно тебе кое-что показать, – вздохнула я и высвободилась из крепких объятий.
– Новое зелье?
– Не совсем.
Я подошла к столу и сдернула с корзинки полотенце.
– Великие Предки, – обреченно выдохнул Арс.
В корзинке лежали кабачки. Восемь штук красивых светло-зеленых кабачков чуть больше ладони длиной.
– Это последние, – пообещала я. – Уже пошли заморозки, так что больше урожая не будет.
– Ну конечно, – не впечатлился Арс.
И я, если честно, понимала его скептицизм. Мой огород цвел и рос все лето. Мы собрали хороший урожай. Пять ящиков крепких яблок. Несколько ведер малины и смородины. Восемь кочанов отличной капусты, часть которой мы съели, а часть помогла засолить тетя Лида. Охапки трав и цветов, росших на грядках сами по себе. Но настоящим сюрпризом стали кабачки.
Про семена, посаженные за сараем, я благополучно забыла. А те за лето разрослись, оплели забор, едва не перебравшись на участок Арса, и начали плодоносить. Сначала я радовалась и с удовольствием делала оладьи и рагу. Но кабачки не кончались. Каждый день на грядке появлялось чуть ли не по десять штук новых зелененьких плодов. Арс запросил пощады. Я попыталась раздать их соседям, но быстро поняла, что предлагать урожай в деревне – гиблое дело. Пришлось сплавлять запасы в Староград. Но скоро и папа с Кларой Генриховной мягко намекнули, что питаться одними кабачками вредно для здоровья. А те росли и не думали останавливаться.
Ситуацию спас Максим Коломийцев. После пожара на конюшнях он неожиданно проникся лошадьми и решил не возвращаться в Староград, оставшись помогать Мирославе. За эти месяцы он окреп, подтянулся и стал гораздо увереннее в себе. Марина Олешева ходила довольная и счастливая, ведь с Максимом у них был самый настоящий роман. Я была ужасно рада за парня, который все-таки нашел свое место в жизни и по-настоящему расцвел.
Так вот, когда я пожаловалась бывшему травнику на кабачки, он предложил носить их на конюшни. Лошади оценили мои овощи, и мы с Арсом вздохнули с облегчением. Но сегодня кабачки нанесли последний удар.
– Отнесу их Мирославе, – сказал Арс, накрыв корзину полотенцем. – Только уже завтра. Темнеет.
– У меня как раз зелье для копыт настоится, – кивнула я.
Зелья для копыт, растирка для больной спины, порошок, отпугивающий мышей – моя карьера ведьмы началась с самого простого. Но мне все это безумно нравилось.
Арс присел у камина и забросил туда пару поленьев. Дерево уютно затрещало. На диване тут же объявились коты, свившись в большой черно-белый клубок. Арс устроился рядом с ними и поманил меня к себе. Я не стала отказываться.
– Не жалеешь? – спросил он тихо. – Что связалась со мной и круто изменила свою жизнь?
– Ни секунды, – без раздумий ответила я.
Разве можно о таком жалеть? У меня есть дело, которым я не против заниматься всю жизнь, дом, любимый мужчина рядом. Мне нравится все, что между нами происходит. Наверное, еще никогда я не чувствовала себя такой счастливой, как сейчас. И я точно знаю, что мы сбережем нашу любовь, наше счастье, что бы ни случилось. Потому что мы вместе.
Конец
Да, Феодора была взрослой самостоятельной ведьмой. Четыре года назад она вышла замуж за надежного мужчину, полностью освоилась с даром и стала своей в древнем, полном магии лесу. Так что Андрей мог бы и не переживать за ее судьбу. Но, во-первых, нормальный любящий родитель всегда беспокоится за своего ребенка, сколько бы ему ни было лет и каких высот он бы ни достиг. А во-вторых, сами Завьяловы собирались скоро стать родителями, и это добавляло волнений в копилку главы одного из самых влиятельных родов империи.
Прилесье было прекрасной деревней. Но Андрей Домбровский не считал ее местом, где можно комфортно и безопасно родить. Он предлагал Феодоре перебраться в Староград, к лучшим целителям, принимавшим роды еще у ее матери. Вот только дочь отказывалась, смеясь, и говорила, что у нее все под контролем. А теперь ни она, ни Арсений не отвечают на звонки.
Четыре года назад Андрей построил в Маркове портальную станцию, и теперь добраться от столицы до деревни можно было всего за полчаса. Но несмотря на это, когда магомобиль остановился у дома Завьяловых, на окрестности опустилась глубокая ночь.
На первом этаже добротного деревянного дома светилось окно. Андрей чуть успокоился и поднялся на крыльцо. Защита ведьмы воспринимала его, как родного, но он все равно решил постучать.
- Войдите, - раздался голос, хоть и совсем не тот, который мужчина ожидал услышать.
Домбровский толкнул дверь. Изнутри пахнуло ароматом трав и ягодного пирога.
- Мирослава? – удивился маг.
