– Юноша, если вы по мою душу, то подождите немного, будьте любезны, – гулко прозвучало из недр пещеры, и волшебник от неожиданности (а вернее, с перепугу), споткнулся на ровном месте. – К-кто это? – спросил он сипло. – Вы, пожалуйста, не торопитесь бросаться молниями, – продолжал тот же голос. – Это очень неприятно. Если вы подождете буквально минуточку, я выйду наружу, и мы сможем спокойно побеседовать… – Невидимый обладатель голоса гулко вздохнул и добавил: – Только, я вас очень прошу, не начинайте сразу воевать. Я вас и кончиком когтя не трону, обещаю. Но и вы тоже не нападайте исподтишка. Договорились?
Молодой парень, навьюченный, как волшебное животное под названием «вельбрут», на котором, по преданиям, кочевники пустыни возят целиком свои дома, осторожно выглянул из-за уступа скалы. Вход в пещеру был виден, как на ладони. Да, похоже, это то самое место…
Юноша довольно потрепанного вида, который, как ни странно, был не бродягой, а дипломированным молодым волшебником, сбросил с плеч тяжелый груз, покопавшись в нем, нашел подходящее, по его мнению, к случаю приспособление, и крадучись направился к пещере.
Вокруг было тихо. Очень-очень тихо, даже ветер перестал свистеть в камнях. Молодой волшебник неслышно, как ему казалось, подошел к входу в пещеру. Лезть внутрь, в непроглядную черноту, ему категорически не хотелось, но не останавливаться же на полпути!
– Юноша, если вы по мою душу, то подождите немного, будьте любезны, – гулко прозвучало из недр пещеры, и волшебник от неожиданности (а вернее, с перепугу), споткнулся на ровном месте.
– К-кто это? – спросил он сипло.
– Вы, пожалуйста, не торопитесь бросаться молниями, – продолжал тот же голос. – Это очень неприятно. Если вы подождете буквально минуточку, я выйду наружу, и мы сможем спокойно побеседовать… – Невидимый обладатель голоса гулко вздохнул и добавил: – Только, я вас очень прошу, не начинайте сразу воевать. Я вас и кончиком когтя не трону, обещаю. Но и вы тоже не нападайте исподтишка. Договорились?
– Д-да… – выдавил юный волшебник, окончательно сбитый с толку. Впрочем, он полагал, что в случае чего успеет… нет, не сбежать, а контратаковать! И потом, кто еще может похвастаться, что разговаривал с драконом? Обычно эти твари предпочитают в разговоры не пускаться, а сразу поджаривать оппонента. – Конечно…
– Тогда я выхожу, – еще раз предупредили из пещеры, и изнутри донесся шум, будто по каменной осыпи тащили что-то тяжелое.
Молодой волшебник на всякий случай отступил подальше, и вовремя: из черного провала пещеры показалась голова дракона, а вслед за ней и весь он. Размеров чудовище было колоссальных, юный волшебник целиком мог бы поместиться в пасти дракона, если бы тому вздумалось его сцапать. Этому монстру не было никакой нужды дышать огнем или скалить зубы: легкого щелчка хвостом хватило бы, чтобы размазать противника по камням. То есть, хватило бы, если бы тот не был волшебником. Юноша искренне рассчитывал на заранее заготовленные сокрушительные заклинания. Надо думать, стенобитное заклятие может сработать не только против крепостной стены, но и против скалы? Отлично, вон тот уступ можно обрушить на голову дракону, а дальше… ну, у него еще кое-что припасено…
– Гхм… – кашлянул дракон, и юный волшебник подскочил на месте. – Вот, значит, вы какой… Ах, какая нынче пошла безрассудная молодежь! Юноша, вы, конечно же, явились за моим сокровищем, как все ваши предшественники?
– Ну… в общем, да, – решительно признался волшебник. Дракон пока не проявлял никакой враждебности, что было весьма удивительно.
– Охо-хо… – Дракон положил голову на скрещенные передние лапы и прикрыл глаза, словно у него не было сил смотреть на такое безобразие. – А со мной, конечно, вы хотели вступить в поединок, победить… ну и так далее, все, как полагается?
– Да, – уже более твердо ответил юноша. В самом деле, зачем же еще он явился?
– Отлично. – Дракон выпустил из ноздрей струйку дыма, и волшебник проворно отскочил назад. – Не пугайтесь, юноша, просто дурная привычка… Итак, я вас очень прошу, убейте меня, и покончим с этим!
– Как – убить?! – опешил юноша.
– Ну, как вы там собирались со мной сражаться? – Дракон пошире открыл глаза и уставился на волшебника. – Держу пари, у вас припасена уйма самых что ни на есть убийственных заклятий. Так что валяйте, юноша, я не буду сопротивляться.
Молодой волшебник потряс головой, не веря своим ушам.
– Но почему именно я? – спросил он наконец. – К вам же такие герои приходили за сокровищем, а вы их всех… А мне предлагаете… Почему?
– Да надоело все, – признался дракон, окончательно закрыв глаза. – Вы думаете, юноша, я тут по доброй воле сижу? Сторожу это дурацкое сокровище, за которым так и лезут в горы все, кому не лень…
– А как же иначе? – изумился волшебник.
– О, я вам расскажу… если вам, конечно, интересно. – Волшебник отчаянно закивал, забыв, что у дракона закрыты глаза, и видеть его тот не может. Впрочем, надо думать, дракон все-таки подглядывал. – Видите ли, много, очень много лет назад я был вольным драконом. А потом появился один волшебник навроде вас, только, конечно, намного старше и опытнее… – Дракон тяжело вздохнул. – Я имел глупость вступить с ним в поединок.
– И он вас победил? – не веря своим ушам, вскричал волшебник.
– Да. Победил, – кивнул дракон. – Вот только убивать не стал, а приставил сторожить свое сокровище от всяких мальчишек вроде вас…
Волшебник обиделся было, но потом рассудил, что услышать обращение «мальчишка» от существа, которое, по меньше мере, на несколько сотен лет старше него, ничуть не обидно, и снова обратился в слух.
– Так я и сижу тут уже две сотни лет, – печально произнес дракон.