Вот, значит, чем Казекаге держит Сунахама. Поводок достаточно крепкий, разве что слишком длинный. Рано или поздно посаженный на такой поводок пес его обязательно отгрызет. Еще бы неплохо выяснить пределы возможностей разведки Суны.
— Есть еще кое-что, — неохотно продолжает Темари.
— М?
Куноичи некоторое время сомневалась, но все же решилась:
— Ты помнишь мой веер?
— Тот большой? С тремя лунами? — уточнил я.
Кивает.
— Помню. И?
Делает усталый выдох:
— Как видишь, у меня его нет. Но я хочу его вернуть.
— Ты хочешь тот конкретно свой? Или любой подходящий? У вас это, насколько я знаю, распространенная вещица.
Кивает:
— Да, достаточно распространенная. Но я хочу получить именно свой.
Хмыкаю:
— И, раз ты говоришь это мне, то есть какая-то проблема?
Снова кивает:
— Я знаю, где он находиться. Но не уверена, что смогу его достать. А Таюки говорит, что я смогу забрать его позже, когда мы добьемся своего, а пока можно пользоваться и обычными.
Хм, личное оружие, значит? Кому-то, вроде Темари, без него действительно некомфортно. Привыкла уже, наверное, за столько лет. Не могу осуждать ее за желание вернуть артефакт. Хотя и не слишком умно отвлекаться и рисковать сейчас.
— Тоже думаешь, что лучше не отвлекаться? — расшифровала мою задумчивость Темари.
— А где, собственно, твой веер? — ответил вопросом на вопрос я.
— Тебе известно о коллекционере по имени Шуцуяма?
Я даже присвистнул:
— Шуцуяма Комиваядзи? — и, получив утвердительный кивок, ответил на вопрос, — Да, он мне известен.
Хм, пусть лично я с ним не знаком, но он мой партнер по бизнесу. Ну и заодно человек, у которого не стоит воровать.
— У него особняк на самой границе. Мой веер сейчас там, — закончила Темари.
Хм, неудачное стечение обстоятельств.
— Может, все же дождешься окончания этих разборок. Потом и веер вернем? — ну не говорить же, что я могу попросить его вернуть безделушку, ему-то она зачем на самом деле, кроме коллекционного интереса. На крайний случай можно и просто выкупить.
Девушка нахмурилась, явно недовольная моим ответом:
— Понятно. Нашла, к кому обратиться. Конечно, это ни как к делу не относиться… — и уже пошла к выходу, когда я ее перехватил, схватив за руку, — эй! Что?
— Ладно, ладно. Я пошлю кого-нибудь за ним. Вернем твой веер.
Но куноичи отрицательно покачала головой:
— Я должна идти туда сама.
Не понял.
— Это еще почему?
— У него несколько наших вееров храниться. Только я смогу определить свой.
— Тч! — биджу! Она издевается, — об этом не беспокойся. В моей профессии важно точно определять, что именно нужно взять. По следу твоей чакры определят, если потребуется.
Но Темари встала на своем:
— Нет! Либо иду я, либо не идет никто!
О Рикудо, дай мне терпения.
— И как ты себе это представляешь? У тебя же нужной подготовки нет.
Пожимает плечами:
— А это уже твои заботы.
— И нам не по пути, — напоминаю.
Но ответ получают тот же:
— А это уже твои заботы. Ты сам вызвался решать проблемы. Но вот и продемонстрируй профессионализм.
А это интересная идея.
— Хорошо, договорились. Собирайся, мы отправляемся сейчас.
Куноичи даже опешила:
— Что?
— Это дело не займет много времени. Сбегаем, стащим, и вернемся. А караван пока дойдет до пункта назначения.
Удивление нарастало:
— Вдвоем?
Пожимаю плечами:
— Я бы и один справился, но раз ты так настаиваешь, возьму с собой, проведу экскурсию.
Темари еще несколько секунд смотрела на меня удивленно, но кивнула:
— Хорошо. Дай пять минут.
— Жду здесь через пять минут, — подтвердил я.
Всяко веселее, чем тащиться вместе с караваном, да и переговорить с коллекционером стоит. В свете открывающихся возможностей он сможет мне кое в чем помочь.
Тсунаде еще раз провела диагностику, осматривая мальчика. Все, что она могла сделать, она уже сделала. Но ожоги… Ядовитая чакра серьезно его обожгла. И она же сейчас ускорено его лечила. Хорошо хоть, обошлось без повреждения внутренних тканей. Хотя так и должно быть. Если бы первое же применение чакры биджу убивало джинчурики, их бы вообще не использовали. Но Наруто выживет, даже придет в норму куда быстрее, чем потребовалось бы любому шиноби при таких травмах. Где-то рядом Амаки еще должна работать с Хинатой. Ее ожоги затягивались куда хуже, чем у ее напарника. Возможно даже, что Наруто встанет на ноги раньше, чем у девочки появиться новая кожа. Женщина устало выдохнула. Перебинтованный с ног до головы мальчишка, что лежал перед ней, вызывал ноющее чувство боли в груди. Ему было плохо, и она не могла ничем помочь.
Развернувшись, Тсунаде вышла из палаты. С той стороны у стены стоял Какаши. Джоунин был бледен, и в голове его явно витали неприятные мысли.
— Хокаге-сама! Как он?
— Выздоровеет, — коротко ответила Тсунаде.
Какаши выдохнул с облегчением, и в тоже время с некоторой обреченностью. Да, Наруто еще предстоит не один раз пережить подобное.
— Он сам подавил Лиса? — негромко спросила Тсунаде.
Рядом с палатой никого не было, АНБУ зорко следили за всем этажом. Хатаке кивнул:
— Да. Ну, не совсем. Это скорее благодаря Хинате. Девочка смогла до него докричаться, и Наруто успокоился.
— Даже так?
