Я любил эти моменты, просто за то, что сейчас мы были самими собой. В эти короткие промежутки времени нам не нужно было обманывать друг друга.
Потерпи немножко.
Еще два дня.
Я сделаю так, что ты поймешь, что развод это единственный выход из нашей ситуации.
3. Ксю
Утро пришло, как обычно, в компании с болью во всем теле, депрессией и простым желанием спрятаться в затерянном домике в горах.
Будильник еще не прозвенел, но лежать на неудобном диване было выше моих сил. Встала, заглянула в спальню. Леша спал в подаренной мной футболке и спортивных штанах. Собрала раскиданную по полу одежду. Ежедневная своеобразная зарядка. Хотя, после проведенной ночи на диване это самое оно. Убрала вещи в шкаф, заранее зная, что завтра с утра все будет по прежнему.
Времени было достаточно, чтобы заняться собой. Прошла в ванную комнату, посмотрела на пылящуюся в пластиковом боксе косметику, посмотрела более внимательно, словно надеясь, что сейчас возникнет причина, по которой я сегодня должна выглядеть по другому, но таковой не обнаружилось.
Расчесала волосы, правда с большим трудом, оставляя на расческе, кажется, треть своих запасов. Заплела косу. Умылась холодной водой. Вот тебе и румянец.
НЕ ХОЧУ.
Посмотрела в зеркало. Я это или не я. Взгляд мой равнодушно перетек от непослушных завитушек, которые никак не хотели заплетаться в косу, к красному лицу с неухоженной кожей, к синякам, что привычно подсвечивали от постоянного недосыпания. Вот и ты, мой вдовий холмик — результат моей сутулости и постоянной сидячей работы. Даже сейчас, глядя на себя, не было желания расправить плечи и выпячить грудь вперед.
Прошла на кухню. Поставила варить гречку, на сковородку кинула растаявшие котлеты. Я не могла себе позволить оставить мужа без еды. Хотя заранее знала, что он не притронется к ней.
Когда все было готово, прошла в спальню. Из шкафа достала вчерашний костюм. Ничего особенного, простая юбка чуть ниже колена, пиджак в тон серого цвета и рубашка.
Посмотрела на Лешу. Нет, спит, просто показалось, видимо, что он пошевелился. Почему-то в последнее время я стала стесняться раздеваться перед собственным мужем.
Сбросила с себя ночнушку и халат. Быстро нацепила нижнее белье, колготки. Так же быстро облачилась в свою серую робу. С опаской посмотрела на мужа, словно я совершила какое-то преступление. Но он все так же крепко спал.
Вышла из спальни, не производя ни единого звука. Глубоко вздохнула. Все таки, та комната очень на меня давила. Словно я пересекала границу, за грани которой заходить не имела права.
Быстро нацепила сапоги и пальто. Схватила сумку и вышла из дома, с благодарностью ловя на лице порыв весеннего утреннего пока еще холодного ветерка.
На работу я прибыла раньше всех. Этому способствовало лишь мое близкое место жительства, да и привычные ранние подъемы, но никак не погоня за званием лучшего работника месяца.
Я, конечно, обязанности свои выполняла, но, как постоянно говорит мое руководство в лице директора Сергея Сергеевича, без огонька в глазах и должного энтузиазма.
Открыла приемную, включила кофемашину, компьютер. Я любила эти утренние часы, когда могла насладиться тишиной, чашечкой кофе и простой раскладкой пасьянса.
Но это утро было другим. Когда я села за свой рабочий стол, запустила игру, мельком посмотрела на время и дату в правом углу монитора. Идентификатор услужливо оповещал меня, что на дворе восемь часов и двадцать девять минут третьего марта. Следовательно, завтра настанет четвертое марта.
Как я могла забыть? Нет, о том, что четвертого марта Лешин день рождения я помнила, а то, что этот день наступит завтра я упустила.
Кофе был забыт, раскладка пасьянса и вовсе. Я же сидела, глубоко задумавшись над тем, что же подарить мужу. Вот уже два года любой праздник был для меня настоящей пыткой. Что подарить мужчине, не задевая его эго? Теперь на каждый подарок я смотрела сквозь тень инвалидной коляски.
Парфюмерный подарочный набор? Получится так же, как и на двадцать третье февраля. Леша тогда насмехаясь надо мной, пригласил сходить в ресторан, дабы похвастаться новым ароматом. Теперь все это пылилось в коробке, забытое и никому не нужное. Только лишь горечь послевкусия осталась в моей памяти.
Деньги? Еще не лучше. Так, лишний раз напомнить, что он сидит дома, получая семь тысяч своих инвалидных.
Новый телефон? Ага, намекнуть, что мне не хватает общения.
— Доброе утро, Ксения Викторовна. Я смотрю вы все в работе.
Подскочила на своем кресле, едва не сбив чашку с кофе. Попыталась незаметно закрыть каталог сотовых телефонов.
— Сделайте мне кофе, Ксения Викторовна, — сказал шеф, проходя к своему кабинету и открывая его.
К выбору подарка вернулась лишь на обеденном перерыве. Я всегда уходила на улицу, не желая видеть своих коллег дольше, чем это необходимо. Раньше половина этой компании принадлежала Леше, полтора года назад, когда потребовалась большая сумма для операций, а все сбережения были уже потрачены на предыдущее лечение, он продал свою долю Сергею. Теперь уже Сергею Сергеевичу.