Озадаченная этим запахом и в особенности тем, что двери её квартиры открыты, Марина вошла.
В прихожей было пусто. Марина поспешила в комнату. Она перешагнула низкий, крашенный под цвет пола порог и отпрянула назад. На стуле, рядом с её кроватью, привалившись головой на подушку, спал Бенедиктин. Марина хотела уйти незамеченной, но Бенедиктин очнулся, кинулся вслед за ней:
— Мариночка!..
Марина остановилась, повернулась лицом к Бенедиктину, чувствуя полную растерянность.
— Здравствуйте! Как вы здесь оказались? — спросила она.
Как ни находчив был Бенедиктин, но и он растерялся.
— Я? Я захожу, женщина прибирает в комнате. Я отрекомендовался, и она разрешила мне остаться.
— Что значит: «Я отрекомендовался»?
— Я сказал, что я… твой муж.
Марина мучительно поморщилась, ей стало больно и противно.
— Зачем вы приехали?
— Я выполняю приказ директора… Кроме того, я рассчитывал, что ты одумалась…
Сверкнув глазами, Марина приблизилась к Бенедиктину, твёрдо сказала:
— Я ещё раз прошу вас ни теперь, ни в будущем не говорить об этом. Мне незачем одумываться. Я сделала то, что сочла нужным.
— А как же мне к тебе обращаться: товарищ начальник экспедиции? — Бенедиктин попробовал засмеяться.
Направляясь в Мареевку, он самонадеянно думал о том, что «Марина уже, наверное, кусает локти. Ну, ничего, пусть себе помучается. Он ещё посмотрит, как быть дальше». Приём, который он встретил у Марины, был иным, и это начинало его злить.
— Как обращаться? Так же, как обращаются все. У меня есть не только должность, но имя и отчество.
Марина прошлась по комнате и, видя, что Бенедиктин снова опустился на стул, продолжала:
— Я прошу вас, Григорий Владимирович, пройти в соседнюю половину, где помещается штаб экспедиции, и дождаться меня. Я скоро приду, и тогда решим вопрос о вашей работе.
Ну, этого Бенедиктин не ожидал! Никогда он не думал, что у Марины найдётся столько твёрдости. Ему всегда казалось, что при его настойчивости он может из неё, что называется, «верёвки вить». И вот на тебе! Тактично, но решительно она выставляет его из своей комнаты.
Бенедиктин вскочил со стула, схватил свой чемодан, тюк с постелью, портфель и, скрипя зубами от злости, вышел.
Марина посмотрела ему вслед, и ничто: ни жалость, ни сочувствие, ровным счётом ничего — не шевельнулось в её душе. Так надо было сделать, и так она сделала.
Через полчаса Марина вошла в штаб экспедиции. Бенедиктин, нахохлившись, сидел возле своих вещей в углу.
— Чем вы намерены заняться? — спросила Марина, открывая ключиком стол, в котором лежали её бумаги.
— Я прибыл в распоряжение начальника экспедиции. Как ты решишь… Как вы решите, — поспешил поправиться Бенедиктин.
— Хорошо. Я направляю вас в ботанический отряд, который работает по правобережью Таёжной, в районе Заболотной тайги. Там найдётся вам работа по специальности. У нас крайне слабые представления о растительности того района.
— А Софья Захаровна там же? — не дав Марине договорить до конца, спросил Бенедиктин.
— Нет, она выехала в том же направлении, но в другое место.
— В таком случае есть просьба — не от меня, конечно, а от профессора, Захара Николаевича… Он очень беспокоится за дочь и просил меня быть по крайней мере поблизости от неё.
— Софья Захаровна в полной безопасности… А вас послать туда я не могу. Нет дела.
— Но когда такой человек просит, то ваша обязанность — выполнить.
— Я прежде всего отвечаю за работу.
— Просит научный руководитель института!
— Просьба непосильная.
— Просьба начальника равнозначна приказу!
— Тогда я предпочту ослушаться начальника.
— Вы знаете что, Марина Матвеевна, вы слишком много на себя берёте.
— Я считаю наш разговор бесполезным.
— Но я намерен…
Трудно сказать, сколько ещё времени Бенедиктин надоедал бы Марине своими домогательствами, если бы в комнату не вошла пожилая женщина — посыльная из правления колхоза.
— Меня послал председатель, Терентий Петрович, — заговорила женщина, едва переступив порог. Грудь её высоко вздымалась, она шумно дышала. — Велел спросить вас: не надо ли что отправлять на Таёжную? От колхоза туда подводы сейчас идут со снастями для рыбаков.
— Ну вот, Григорий Владимирович, и оказия! Отправляйтесь с этими подводами. Другого такого случая не будет, придётся тащиться по тайге пешком.
Не дожидаясь, как к этому отнесётся Бенедиктин, Марина повернулась к женщине.
— Передайте, пожалуйста, Терентию Петровичу, что я прошу возчика подвернуть к нашему дому. Мне нужно отправить вот этого товарища.
— Передам. Беспременно передам, — закивала головой женщина и заторопилась из комнаты.
Бенедиктин был ошеломлён всем происходившим и долго смотрел на Марину молча.
— Так скоро… А я хотел поговорить с тобой, Мариночка… Поговорить по душам, — наконец тихо сказал Бенедиктин. Он подошёл к столу, за которым сидела Марина, постоял, ожидая её ответа, но, не дождавшись, отступил назад.
