Тереза скомкано, перескакивая с одного на другое, вываливала на Гонта все те ужасы, что происходили с ней за эти дни. Ее душили рыдания, но она, не останавливаясь, словно заведенная все говорила и говорила… Про труп на маггловской работе, про пожар, про Себастьяна в баре, про секс с Оминисом (тут у Гонта от удивления взлетели вверх брови, и он стал спешно водить палочкой вокруг, чтобы убедиться, что они одни), про страхи, про угрозы бывшего друга…
Оминис пытался пару раз прервать словесный поток Девлин, но безуспешно. Сначала он не особо вслушивался, так как считал, что все — полная чушь, но в момент рассказа о сексе с ним, он напрягся. Гонт ненавидел, когда его приплетали куда не надо или распускали о нем слухи. А бывшая подруга, явно в невменяемом состоянии, рассказывающая о нем небылицы представляла для него если не угрозу, то как минимум ворох проблем. Срочно нужно было остановить ее.
— Тереза, успокойся, — Оминис нехотя слегка коснулся ее плеча кончиками пальцев, от чего волшебница вздрогнула: это напомнило ей прошлую ночь. — Себастьян не сбегал из Азкабана, это было бы всем известно, поверь мне. Все же я считаю, что это все банальный стресс. Две работы не каждый потянет, а учитывая твое прошлое… — он осекся, стараясь подобрать слова. — Повторюсь, тебе просто-напросто необходим отдых. И твоя психика придет в норму. Прислушайся к моим словам. — И Гонт, развернувшись на каблуках и даже не попрощавшись, направился в сторону лифтов, чуть более быстрым шагом, чем обычно.
***
Будучи аристократом «от и до», Оминис никогда не давал себе поблажек, особенно на поле эмоций. Он мастерски контролировал поведение, речь и манеры, как и подобает истинному представителю высшего общества. И, глядя на него со стороны, никому из коллег не пришло бы в голову, что Гонт… переживал. Разговор с Терезой почему-то смутил его, и в душе у него зародилась тревога. Оминис твердо был убежден в том, что девушке просто необходим был отдых, и у него даже промелькнула мысль оплатить ей поездку на море.
Но его размышления прервала начальница отдела по правопорядку Равона Мейфилд. Размашистым шагом она зашла в его кабинет, оставив позади себя растерянную секретаршу.
— Доброе утро, мистер Гонт! Прошу прощение за мое вторжение, — лучезарно улыбаясь, Равона умостилась на стуле напротив Оминиса. — Но документы по делу того американца я так и не увидела.
— Только вчера все было готово, как раз собирался сегодня занести бумаги. — Гонт протянул левую руку, взял из ящика увесистую папку и положил ее прямо перед женщиной. — Любезно с вашей стороны самой зайти за ними. — Аристократ подозревал, что на этом разговор не закончится.
И не ошибся.
— Да-да, благодарю, — Равона даже не прикоснулась к папке, все также продолжая улыбаться Оминису. — Давно хотела спросить вас… — Женщина сбросила несуществующую пылинку с юбки. — Вы же были однокурсниками с одной из моих коллег, мракоборцем Девлин? — и уставилась на мужчину.
Оминис не проронил ни слова. Его мозг лихорадочно просчитывал ответ.
— Да, были, но с тех пор наши дороги разошлись. — Его палочка, направленная на Мейфилд, даже не дрогнула. Немигающий огонек сканировал собеседницу.
— Хм-м… забавно, — протянула женщина, — а до меня дошли слухи, что Тереза недавно устроила в вашем кабинете сцену. Что же там было…? — Она притворно задумалась. — Ах да! Девлин кричала, что начался пожар и паниковала. Не так ли?
Гонт молчал, заставленный врасплох. Любые его слова сейчас могли быть интерпретированы как угодно.
— Послушайте, мистер Гонт, — Равона махнула палочкой, и дверь закрылась. Затем женщина наклонилась вперед к столу. — Я всего лишь забочусь о Терезе. Мне известно ее прошлое, я в курсе ее второй работы, на которой, к слову, тоже не все гладко… — Мейфилд вздохнула. — Последнее время бедная девушка сама не своя. Мне кажется, у нее помутнение. И я хочу ей помочь. — Проникновенно произнесла дама.
Оминис помнил, что последнее решение, принятое без участия авторитетных людей, принесло ему только страдания и чувство вины. Возможно, перед тем как сдать лучшего друга в Азкабан, стоило с кем-то посоветоваться. И сейчас у него внутри появилось чувство неизбежности — снова он решал чью-то судьбу. Но в этот раз Гонт предпочел не действовать в одиночку и переложить часть ответственности на другого человека.
— Я разделяю ваши опасения, мисс Мейфилд… — медленно, и словно подбирая слова, начал Оминис. — Тереза действительно в последнее время словно чем-то, или кем-то, напугана… Я советовал ей отдохнуть в отпуске. Может быть, вас она послушает. — Гонт надеялся, что так он прозвучал как заботливый друг, а не сплетник.
Равона же, победно откинувшись на спинку стула, улыбнулась.
Гонт почувствовал, что снова совершил ошибку.
***
