Что и сделал, создав обоюдный оргазм, выбросивший нас в астральный космос. На миг — а может, больше?.. — я ощутил, что обычный мир исчез. Просто лопнул, как перезрелый плод! Его разорванную плоть разнесло куда-то, черт знает куда, а я очутился в пространстве, озаренном волшебным светом. Было ли здесь время?.. А вот этого я не смог понять.
Но оно вернулось, конечно. Я ощутил, как побежали секунды, увидел полумрак зашторенной комнаты, ощутил нежнейший поцелуй на щеке…
— Это было… я не знаю, как это назвать. У меня нет слов для этого… — серебряным ручейком пролился мне в ухо голосок.
Да и не надо слов, наверное… — подумал я. Хватит того, что было.
Однако, эта мысль была не главной. Теперь я вспоминал слова Богомилова: ее будут вести. И это не моя забота… Хм. Пусть будет моя тоже.
То как мы одевались, перебрасывались всякими милыми словечками — о том говорить нечего. Оделись. Утепленное кожаное пальто, изящные ГДР-овские полусапожки — выглядела Наташа и вообще роскошно для той эпохи, а уж для маленького городка… Понятно, почему она была тут дама прима.
— Ты иди, — прошептала она вместе с поцелуем и провела мне бархатной ладошкой по щеке. — Секретность надо соблюдать!
Я согласился, но спросил:
— А ты домой? В городок?
— Не совсем. Ключи Маринке надо отдать. А потом да. Ты со мной не ходи! Мы как бы шифруемся…
— Конечно.
И выйдя, я сделал своего рода ход конем. Пошел по направлению к части, но свернул вправо и затаился близ соседнего дома. Такой там типа скверика — три березки, да рябина. Подъезд отсюда был виден отлично.
Вот и Наташа вышла, повернула влево… Ох, все в ней прекрасно, кроме мозгов! Походка… тоже слов нет. Точно летит над землей, не касаясь ножками.
Я залюбовался, воспарил в эмпиреи… И услышал резкий шум мотора с запозданием.
Черт!!!
К Наташе, идущей по дворовой тропинке, подлетела машина. «Жигуль-копейка» цвета «кофе с молоком». Распахнулась задняя дверь, оттуда выскочил мужчина, хищно метнулся к женщине…
Мое дальнее зрение и здесь сработало безупречно. Я увидел номер старого образца: 78−16.
Суть в том, что к Олимпийским играм 1980 года в СССР решили перейти на новый стандарт регистрационных знаков транспортных средств. Автомобильных номеров, проще говоря. До того аж с 1958 года использовались жестяные таблицы типа «белые цифры и буквы на черном фоне»: четыре цифры через черточку и три буквы, ориентирующие на название региона. Скажем, для Ивановской области могло быть «иво», для Татарии « ттс» и так далее. И вот вздумали это дело поменять — вероятно, приближая к какому-то международному образцу. Отныне ввели таблички «черные цифры и буквы на белом фоне», четыре цифры без черточки, а различное расположение букв теперь отличало частный автомобиль от государственного.
Так вот, на «копейке» стоял старый номер. Черный. Регион здешний.
Мужика я тоже более-менее разглядел. Среднего роста, крепкий, коренастый, в темной куртке, в темных брюках. Наверное молодой, даже тренированный: движения быстрые, резкие. Самый обычный вид, подобранный, впрочем, с умом. Один из тысяч — такого и не опознаешь.
Его подготовка была видна не только в этом. Он так умело дернул Наташу за рукав пальто, и даже, кажется, сделал ей легкую подсечку — бедняжка птичкой впорхнула в салон «Жигулей», на заднее сиденье, успев что-то отчаянно пискнуть.
Но больше не успела ничего. Дверь хлопнула, машина рванула прямо через двор, мимо детской площадки, внаглую, вспугнув какую-то старушку с палочкой.
Я рванул следом, не надеясь догнать, конечно, но надеясь относительно проследить маршрут. И тут же сзади и справа услышал рык мотора на больших оборотах.
Тоже против всех правил, безумно летя по двору, меня догнала белая «шестерка». Водила крикнул, опустив стекло:
— Солдат! Садись!
И я прыгнул на заднее сиденье. «Шоха» понеслась, не разбирая дороги, вторично сделав старушке лютый стресс. Не знаю, какие кары она мысленно обрушила на нас.
Стоит признать, что противник действовал исключительно грамотно. Проскочив по двору, «копейка» вильнула в какой-то узкий проезд между заборами частных владений, а дальше — разбег переулочков и похожих проездов. И честно говоря, какой-то системы поисков тут быть не могло. Иголка в стоге сена.
Понимали это и парни из КГБ. Да, это были они, те самые. Двое. Водила крутанул баранку влево, хотя с тем же успехом мог бы свернуть и вправо, и ехать прямо. Он сунулся было в левый проулок, матюкнулся, дал задний ход, понесся вправо, крутя головой чуть ли не на триста шестьдесят градусов, да и мы со вторым, с пассажиром то же самое делали. Впрочем, почти безнадежно.
Что и признал второй сквозь стиснутые зубы:
— Упустили, м-мать…
— Похоже, — вздохнул первый.
— А что, — подал голос я, — все эти закоулки бесконечные что ли? Вряд ли они тут спрятались. Куда отсюда можно выехать?
— Да в том-то и дело, что куда хочешь, — откликнулся второй. — Можно на шоссе, а можно в город…
