– Рома, если о нашем препарате раньше времени узнают конкуренты или чиновники, то все! Они быстро подомнут под себя и само открытие, и производство. Да и криминал в стороне не останется.
– Почему бы не зарегистрировать открытие официально? Это избавит вас от проблем.
– Дело в том, что препарат еще окончательно не доведен до той кондиции, когда его применение будет давать максимальный эффект. Осталось немного, какая-то неделя. Но Ботаник бежал, сволочь. Ему создали все условия для работы, за его больной матерью ухаживает опытный врач. Придурка в ближайшее время ждет мировая слава, а он бежит!
Николаев поинтересовался:
– А без него этот препарат довести до ума нельзя? У нас много талантливых ученых.
– Нет, нельзя. И не спрашивай почему.
Николаев прекрасно понимал, что Фрол толкает легенду, скорее всего, экспромтом придуманную по факту побега, и подыграл ему:
– Спрошу другое. Как Ботанику, судя по всему, человеку в плане физической подготовки слабому, удалось нейтрализовать охранников? С Белкой ясно. Справиться с ней не составило труда, тем более хорошо разбираясь в антидепрессантах и снотворном. Но охранники? Какие-никакие, но они все же профессионалы.
– Представь себе, Ботаник усыпил и Белку, и охранников.
– Но этих-то каким образом? Тоже угостил вином?
– Нет, Ботаник усыпил их дротиками.
– Чем? – удивился Николаев.
– Дротиками для игры в дартс. Ботаник любил ее и часто упражнялся. Он почти всегда попадал в самый центр с пяти метров.
– Понятно, на острие нанес снотворное и всадил по дротику каждому из охранников. Грамотно. Такое придумать надо. Значит, Ботаник заранее готовил побег, – проговорил Николаев. – Но зачем? Чего ради ему бежать, когда впереди такие возможности? Хотя этих ученых понять трудно.
Фроленко затушил сигарету, прошелся по кабинету, остановился у стола, повернулся и заявил:
– Если мы в ближайшее время не поймаем Ботаника, то все наши планы потерпят крах.
– Все так серьезно? – спросил Николаев.
– А ты, Рома, до сих пор ничего не понял?
– Я понял, что вам очень нужен этот Ботаник, остальное, в принципе, меня не касается.
Фроленко повернулся к Быстрову и спросил:
– Когда выходили на связь наши поисковые группы?
Граф ответил:
– Двадцать минут назад. Они прочесали местность, прилегающую к дороге, идущей от поселка, лесополосы, овраги, заброшенную ферму. Никаких следов Ботаника. Перекрыли загородное шоссе, но без всякого толку.
– Ну, естественно, наши люди могут только зарплату получать.
– Но ты же сам запретил привлекать к поиску ментов. Те хоть транспорт досматривать могут, а наши?
Фроленко присел ближе к Николаеву и заявил:
– Я позвал тебя сюда не просто так, не как телохранителя. Ты, спецназовец, крутой профессионал, скажи, как поймать беглеца?
– Вы слишком много требуете от меня, Михаил Семенович.
– А если подумать? Цена вопроса двести тысяч долларов.
– Двести тысяч за что?
– За поимку Ботаника. Или за решение, которое приведет к его задержанию. Ты же со своими корешами наверняка решал задачи и посложнее.
– Двести тысяч? – заинтересованно спросил Николаев.
– Да, черт возьми. Но вы занимались подобными делами?
Выдержав паузу, Николаев проговорил:
– Был один похожий случай. В подробности вдаваться не буду. В общем, мы должны были ликвидировать одного известного полевого командира, но тот в последний момент ушел. Вроде некуда ему было спрятаться. Мы тщательно подготовили акцию, перекрыли все возможные пути отхода или прорыва. А он исчез. Бандитов мы положили. Их трупы на месте, там, где и должны быть, а главаря нет. Испарился. Долго головы ломали, куда он мог деться. Все перерыли, пока…
– Что пока?
– Пока не поняли, как он сумел провести нас.
– И как же?
– А вот это уже, извините, подробности, которые я раскрывать не буду.
– Рома, на кону крупный бизнес!
– Это для вас, а для меня – двести тысяч долларов. Если, конечно, вы позволите мне участвовать в поисках.
– У тебя есть решение?
– Пока только кое-какие мысли. Не исключено, что Ботаник окажется хитрее полевого командира. Кстати, тот до войны тоже имел отношение к науке, преподавал в университете. Умный был мужик.
– Так чего тогда ждешь? Немедленно приступай к поискам! – приказал Фроленко и спросил: – Что и кто тебе для этого потребуется?
– Только машина.
– Она у тебя есть.
– Тогда я поехал.
– Езжай, но предупреждаю, никаких контактов с полицией и тем более с бывшими сослуживцами. Никто, кроме доверенных лиц фирмы, не должен узнать о проблеме. Это важно, Рома!
Николаев усмехнулся и заявил:
– А я и не собирался ни с кем делиться.
– Давай, держи меня постоянно в курсе предпринимаемых мер.
– Вы и без докладов о них узнаете.
– О чем ты?
– О том, что «Ауди» довольно умело нашпигован прослушивающей аппаратурой, даже мини-камеры установлены под бардачком и в видеорегистраторе.
– Извини, но так оборудованы все служебные машины.
– Да я не в претензии. Мне от вас скрывать нечего. Ведь я же ваш человек! Контракт обязывает. Но не буду терять времени.
Граф поднялся и спросил:
– Как ты определил наличие спецсредств? Тебе ставили самые современные прибамбасы!
