Содержание книги — это вовсе не мемуары, потому что мемуары нередко повествуют о жизни, которую мемуарист хотел бы прожить. Мемуаристы вместе с филантропией прикрывают множество своих грехов, совершенных в описываемый период. Не помню, кто из великих людей справедливо заметил, «если вы думаете, что в прошлом уже ничего нельзя изменить, значит, вы еще не начали корпеть над написанием своих мемуаров».
Леониду Георгиевичу в прошлом ничего не надо было менять, потому что он признавался, что все в жизни он делал правильно, и при описании жизненных тропинок ему стоило только из цепкой памяти вытягивать ниточки пережитого и ими сшивать страницы правдивой книжки. Говорить образно он умел.
По его признанию, эту самую пройденную жизнь он бы повторил снова, не меняя своих действий, поступков, ориентиров и убеждений.
Мы, молодые ветераны, моложе его лет на двадцать, а это целое поколение, с благоговейным трепетом всегда слушали его исповедальные беседы в Совете ветеранов, на торжественных встречах и совещаниях.
В книге «Правда о «СМЕРШ» без занудных, нравоучительных сентенций автором подается и окопная справедливость, и вынужденная солдатская чернуха при отступлении, и неискусственная горечь переживаний при утратах, и непоказушная верность долгу и преданность Отчизне, и стучащее в душу слабоволие… Все подано чисто и объективно, как существовало, без утайки чего-то ни на грамм. Такие признания могла обнародовать только честная и чистая личность.
От внимательного взгляда молодого оперуполномоченного особого отдела, а потом офицера подразделения Смерш, не могли укрыться такие болячки человечества, как ложь, неискренность, подлость, трусость и обман. Он их видел глазами сердца, — а эти зеницы никогда не страдают близорукостью.
В книге рисуются полотна не только войны. Слава богу, Леониду Георгиевичу после военного лихолетья пришлось потрудиться на благо безопасности страны еще почти полстолетия. Он видел причины ломки страны, видел предателей, в ней участвовавших, и прямо, без обиняков называл их имена.
Резко выступал против пятой колонны — представителей псевдодемократических взглядов, получивших в период ельцинского правления значительные богатства и теперь стремящихся повернуть вспять колесо истории; либералов разного окраса, думающих не о благополучии страны, а о наполняемости своих карманов наворованными у народа деньгами.
Он понимал, но не воспринимал время, когда в последние несколько десятилетий в жанр художественного и даже документального кино в связи с растущей их коммерциализацией стало проникать все большее количество явной лжи. То есть заказной дезинформации и постановочных сцен о прошлом, о Великой Отечественной войне и ее венце — Великой ПОБЕДЕ, которую всячески стремятся исказить, переписать и опошлить.
Обидные пародии на наше общее прошлое, с пластами элементарного абсурда, явной псевдодокументальности буквально жалили многих наших ветеранов. Их уставшие сердца и неувядаемые души кричали: «Не так, не так все было! Что вы перевираете?»
Но власть не реагировала и продолжала безразлично смотреть, как идеологические потрошители препарируют нашу ПОБЕДУ.
Свобода слова! Кто дал право измываться над ветеранами? Почему наши издательства многотысячными тиражами издавали и издают за деньги из грантов США и других стран Запада, а также наших налогоплательщиков «суворовскую» муру — предателя Родины Резуна, наряду с призывами властей о патриотизме? Получается, мы имеем дело с двойными стандартами!
Власти спокойно смотрят на новый накат психологической войны через усовершенствованные идеологические диверсии. Выходит, чиновники боятся Запада, — а вдруг кто косо посмотрит на их заграничные счета в заокеанских кубышках. Да, этот Запад во главе с США уже накидал столько санкций, что государство застонало вместе с народом. А мы все боимся окриков «партнеров». Правда, в последнее время осмелели…
Пора! Думается, подобная обстановка тех времен заставила и подтолкнула Леонида Георгиевича написать ряд справедливо жестких статей на тему зашиты ПРАВДЫ о войне. Вот ОНИ:
