Всё зависит от принципиальности руководителя стрельбы. Сегодня пристрелка заняла три часа. А стрельба лишь сорок минут. Другой руководитель стрельбы мог вообще не проводить пристрелку. Тогда бы мы вернулись в казарму задолго до обеда.
После стрельбы, я не мог взвести пулемёт. И при последнем выстреле услышал щелчок. Проверив пулемёт на разряженность, я предупредил очередного, что у него могут возникнуть проблемы.
Меня потом оповестили, что сломалась планка перезаряжания. Специальная небольшая пластинка, благодаря которой турель цепляется за пулемёт и взводит его. Обещали расследование, шутили, что куплю новый пулемёт.
Я предложил достать из учебного пулемёта планку, все равно она бесполезная. Моя инициатива снова не получило свою награду. Зато теперь я знаю, наши пулемёты, ломают даже метал.
День сдачи экзамена. Если раньше я изредка готовился к экзаменам, то в армии… Скажите спасибо, что книжку с ответами взял. Заняться больше нечем, учить билеты в армии.
План лейтенанта оказался простым. Разложить билеты в специальной очерёдности, чтобы каждый достал «свой» билет. Проверяющий перемешал билеты и посеял панику во взводе. Ну, а мы с товарищем, играли в шахматы. Возможно, это лишняя информация, но я его выиграл. А зайдя в аудиторию, я вытянул простой билет.
Пользуясь логикой можно сдать тактическую подготовку. Даже характеристики названные примерно – принимаются к ответу. Например: скорость американского танка «Абрамс»? 30 километров в час – маловато. 200 – много. 100, тоже многовато для танка. Если назовёшь 50-80, то не ошибёшься. 17 из 24 человек получили «отлично».
По огневой подготовке, мы все знали свои билеты. Пятёрок ещё больше!
Ну всё, вечером отмечаем, как отличники! Кружка чая без сахара, вафелька и открытый душ перед сном. Скоро, мы продолжим службу в боевом подразделении.
Химзащитный комбинезон надели поверх одежды, прихватили резиновые сапоги и хлеб. Нет, мы не отряд по освобождению Чернобыля от радиации. На улице дождь, а у нас практическая часть экзамена по тактике.
Пришли, поели, срисовали карточку огня28. Постояли возле топографической карты и ушли. Возле карты стоял полковник, задавал элементарные вопросы и ставил оценки исходя из разговорчивости курсанта.
Завершается первый этап моей службы. В результате я имею: 22 прочитанные книги, одна треть исписанного дневника и поверхностные знания танка. Стоило ли того моё время?
Если коротко – нет. Но если поддаться рассуждению, то можно многое подчеркнуть. Книги я мог прочитать и дома, если поставить приоритет в их пользу. Но это сделать максимально сложно. Наши танки – не являются угрозой для современных танков вероятного противника, так что и здесь пользы немного. Возможно, это временно и наша страна займётся перевооружением. Но на новый танк, все равно нужно переучиваться.
Но при всём этом, я рад, что служу сейчас. Ведь за забором корона-вирус. Я не подвергаю опасности своих близких и не отменяю планов из-за возникшей пандемии. Да, я и дальше постараюсь искать исключительно положительные стороны моей службы в армии.
Вы ведь, когда знакомитесь с парнем/девушкой ищете сначала хорошие качества, а не недостатки? Или я ошибаюсь? Ой всё.
Уже третий день, нашего пребывания в Лядищах под Борисовом. Меня и несколько товарищей переводят в Минскую бригаду. Первая рота – силы немедленного реагирования. В случае нападения, мы первые перемещаемся на поле боя. За нами закрепляются танки с полным боекомплектов. За которые мы несём ответственность.
Временно находимся в Лядищах. Здесь все подразделения ожидают освобождения мест в Минске. Большинство участников парада поселили в наши будущие казармы.
Разница уже ощутима. Можно спокойно сидеть с книгой, если нет задач. Курящие выходят когда захотят. К турнику выходишь в любое свободное время. Владельцы формы нового образца не подшиваются. Я ношу форму старого образца, но меня это не затрудняет. Подшиваясь, я всегда общался по телефону. Уставные телефоны используют в любое время, если не видят принципиальные офицеры. Конечно, если рота на построении или на работах, то о телефонах, турниках речи быть не может. Но свободы больше и вездесущих, всезнающих пастухов, в лице сержантов, здесь нет.
Нас разделили на роты. В первой роте меня назначили старшим.
