– Сам ты работаешь в вытрезвителе! Ты забыл, кто я у тебя? Я же – книжный червь! В книгах можно найти всё, что душе угодно.
Усадив меня к себе на колени, Серёга прошептал:
– Червячок ты мой, ненаглядный. А, всё-таки, как же здорово, ты пьёшь из горла виски! Я восхищён! Я, поражён в самое сердце! Я…
– Хватит якать, уже второй час ночи, пошли спать. Потом, после…, уже засыпая, я прошептала ему на ушко:
– Эта была текила!
Вот так и состоялось наше первое примирение. Благодаря моим вчерашним процедурам, утром, мой любимый, чувствовал себя абсолютно здоровым.
– Девочка моя, а почему ты мне не говоришь, что ты в отпуске, и твой магазин закрыт на ремонт?
– Во-первых, ты не спрашивал, во-вторых, я не в отпуске, в-третьих, Леонид Абрамович ушёл типа, на пенсию, в-четвёртых, я теперь работаю официальным заместителем нового главного, которого увижу пятнадцатого. Кстати, говорят, что он страшный бабник. И в-пятых, Леонид Абрамович, очень хотел, чтобы я возглавила новый, отремонтированный магазин, но я слишком молода для этой должности, надо немного состарится.
– Я тебе, состарюсь, только попробуй, вместе будем стариться, а когда ты узнала все эти новости?
– Тридцатого декабря.
– И ты молчала?!!! Пока я не спросил? Да, другая мне, уже все уши прожужжала бы, а ты…
– Я – не другая!
– Я это уже понял. Больше не повторится!
– Серенький, как там моя просьба поживает? И даже не вздумай говорить, мол «какая»?
– Нормально поживает твоя просьба. Я тут живу, она там. – Сказал Сергей и хитро засмеялся.
Увидев, что мне совсем не смешно, он, уже вполне серьёзно, сказал:
– Завтра получишь свою просьбу.
Проводив любимого на работу, я тоже начала собираться. Уже сидя в метро, я, нечаянно скосила глаза в газету, рядом сидящего соседа, и увидела, что завтра седьмое – Рождество! Значит, сегодня Рождественская ночь, а я с этими всеми делами, ну всё забыла. И с Кириллом, встречаться 7-го, не следовало бы. Может позвонить ему и отменить встречу? Нет, надо сначала узнать, Серёгины планы, на Рождество, а потом уже принимать решения.
Приехав в четвёртую больницу, я вошла в главный корпус и осмотрелась. Так, фамилию Анны Евгеньевны, я не знаю, но можно попытаться выяснить, поискав глазами стенд с фамилиями врачей, и не найдя таковой, я направилась к стойке с надписью «Администратор». За стойкой сидела, довольно пожилая женщина и читала какой-то журнал.
– Здравствуйте, можно к Вам обратиться? – вежливо спросила я.
– Здравствуйте, что Вы хотели? – хмуро глядя на меня, ответила мне женщина.
– Понимаете, моя мама ходила на приём к врачу, работающей в Вашей больнице, а сейчас мама заболела, и направила меня к этому врачу, за рецептом, но сообщила мне только имя и отчество, а фамилию забыла, может Вы сможете мне
помочь узнать фамилию этого врача?
– Не понимаю, что Вы от меня хотите.
Я, достала из кармана пять рублей, и положила на стойку.
– Так, слушаю Вас девушка. – Любезно проговорила женщина.
– Врача зовут Анна Евгеньевна, посмотрите, пожалуйста, в каком кабинете она принимает.
Женщина взяла толстую тетрадь и стала в ней копаться. Минут через 5, она захлопнула свой «фолиант», и сказала:
– Среди практикующих врачей, женщины с такими инициалами у нас нет.
Я, достала ещё 5 рублей, положила на стойку, и сказала:
– Посмотрите, пожалуйста, среди лаборантов и технического персонала.
Женщина достала в два раза толще тетрадь, чем предыдущая, и стала её медленно листать. Минут через пятнадцать, она воскликнула:
– Есть такая, Анна Евгеньевна Майер, она работает заведующей седьмой лабораторией.
– А что делает эта лаборатория?
– Седьмая-то, по-моему, там делают анализы крови.
– А где находится эта лаборатория?
Женщина любезно объяснила мне как найти то, что мне надо, я поблагодарила, и ушла, куда меня направили. Ещё, в вестибюле больницы, пока, я приставала к администратору, я заметила странного парнишку, крутившегося неподалёку от меня, он ничего не делал, просто ходил туда, сюда и, иногда что-то бубнил себе под нос. Так вот, сейчас этот парень, шёл за мной! О! А вот и слежка. Только чья? Если это Сергей с Валерой меня так охраняют – это одно, а если это – мой убийца так действует – это другое. В любом случае, идти сейчас в лабораторию нельзя. Да и, собственно, чтобы я там узнала? Ещё пока мало информации, вот завтра встречусь с Кириллом и…, чёрт, а если мою встречу с Кириллом, тоже засекли? Я тогда очень волновалась, ничего не замечала вокруг, и этим могли воспользоваться, и сунуть мне в одежду жучок, или ещё куда-нибудь. А это значит, что мой разговор с Кириллом, могли прослушать, и встречаться нам нельзя! Вернее, встретиться необходимо, но без всякой слежки.
